— В тюремных архивах упоминается о том, что принц Буи часто назначает наказания, предусматривающие нанесение отметин на кожу. Можете вы объяснить это? И какова в этом случае ваша роль как тюремного врача?

— Принц Буи волен выносить любые приговоры. Он не отчитывается ни перед вами, ни передо мной. Я присутствую, чтобы тюремщики не выходили за рамки назначенного наказания, а иногда помогаю облегчить боль приговоренных.

— Цель наказаний не в том, чтобы мучить заключенных, но чтобы нанести вечное клеймо, — заметил ученый, внимательно глядя на доктора Головастика.

Но так как тот явно уклонялся от дальнейших разъяснений, ученый Динь заметил:

— Мандарин Тан полагает, что два недавних убийства связаны со смертью принца Хунга. Вы тогда уже были врачом?

Глаза маленького человечка, бледные и неуловимые, устремились куда-то далеко.

— Действительно, евнух Сю нашел тело молодого человека в зверинце. Он сразу же позвал меня осмотреть его.

Чувствуя, что врач о чем-то умалчивает, ученый Динь настаивал:

— Не забывайте, что расследование поручено нам самим принцем Буи…

— В таком случае, я открою вам то, о чем почти никто не знает и о чем не нужно широко распространяться: в момент смерти молодой принц был совершенно голым.

Дым, шедший от печи, ел глаза евнуха Сю. Но он не беспокоился о том, что они слезятся, он и так плакал слезами отчаянья с утра до вечера и издавал душераздирающие звуки, которые вывели из себя повара, и он повздорил с ним серьезнее, чем обычно.

Носильщики паланкина Сюан и Мин нашли убежище от потоков дождя на дворцовой кухне. Медвежья Лапа принял их с обычной флегматичностью, а старый евнух состроил жалобную мину, несмотря на все усилия носильщиков разрядить атмосферу, предлагая загадки собственного сочинения.

Носильщик Сюан, автор сочинения, зловредно захихикал. Евнухи не любят, когда шутят — нарочно или нет — на тему их увечья. Поэтому Главный воспитатель Сю надулся, выставив вперед нижнюю губу.

— Извините моего друга, — сказал Медвежья Лапа, не переставая кромсать на толстые куски свиное сердце. — Он сегодня утром потерял свои Золотые Шары.

— О, несчастный, — воскликнул носильщик Сюан, и его жилистое тело затрепетало от ужаса. — Но тогда вам нужно соблюдать постельный режим?

Медвежья Лапа захохотал.

— Наш старый друг Сю стал кастратом очень давно, он воспитывает юных евнухов, чтобы они стали достойными слугами, обучает их разным секретам и ученым тонкостям, приобретенным за долгие годы его карьеры.

— Но то, что случилось сегодня, гораздо хуже моего старого увечья, — завизжал евнух. — Ведь у меня похитили мои Драгоценные!

— Как интересно! — сказал носильщик Мин, хлопнув себя по бедрам. — Но не обижайтесь на загадку моего товарища. Думаю, что разгадал ее — это чайник со сломанным носиком!

Медвежья Лапа с видом знатока кивнул, но он был погружен в работу у очага. Запах готовящегося свиного сердца становился все более невыносимым, и когда повар выхватил из огня почерневшие и пересохшие куски и предложил им, оба носильщика отступили назад.

— Я предпочитаю скромную пищу, какую привык есть у моих бедных родителей, — сказал шепотом носильщик Сюан.

Его коллега Мин, жуя без передышки, бросил на него удивленный взгляд.

— В голодные времена кули не могли покупать овощи, и уж тем более мясо, — продолжал носильщик Сюан. — Моей матери надоело слушать, как мы жалуемся на то, что наш обед — лишь рис да вода! Чтобы создать видимость нормального обеда, она ставила на стол блюдо, на котором лежала деревянная рыба и игрушечные яйца, плававшие в рассоле. «Не возьмете ли еще кусочек, дети?»

Оба носильщика расхохотались.

Евнух Сю, все еще обиженный, громко закричал:

— Поздравляю! Деревянная рыба, игрушечные яйца в рассоле… И вы еще насмехаетесь над моими Небесными Яйцами, плавающими в благовонном масле! Когда я их видел, мне казалось, что я все еще мужчина!

Носильщики изо всех сил пытались оправдаться, но евнух дрожал:

— Как же мне не волноваться? Здесь такое происходит! Эти загадочные убийства, эта необъяснимая кража! Скажите, как мог убийца из плоти и крови заманить нищего в огромный зверинец? Он как будто заранее спрятался в соломе. А горшок с моими Драгоценными? Кто мог стащить их так, что я ничего не заметил?