(Терпите, дорогая Ариадна, сейчас начнутся подробности.)

1) Взять нужно лучшее качество, самое лучшее, а оно у них, поскольку я знаю, одного цвета: коричнево-красного, тот цвет и качество, из к<оторо>го они делают готовые blousons [1647] su'edine (они 2 года назад стоили 65 бельгийских) франков: все размеры! С эклером до середины, это я Вам — как примету цвета и качества).

2) Пальто должно быть compl`etement crois'e [1648] и книзу расширяющееся, чтобы при ходьбе не раскрывалось — совершенно, т. е. с максимальным запахом с обеих сторон. Застежка на пуговицах совсем сбоку. Пояс. Воротник — обыкновенный, т. е. отложной (не лежачий).

3) Размер заказывайте 46, на «une dame forte» [1649] (это я-то!), так, чтобы Вам было очень просторно, особенно проймы и хорошую широкую спину (NB! у меня действительно на редкость широкая спина, т. е. плечи, и проймы мне нужны широкие: мужские — из-за совершенно прямых плеч. Мне всегда всё тесно под мышками. Mais le 46 fera l’affaire, [1650] а если будет широко в талье — мне здесь убавят: важно, чтобы не сузили верха.

4) Такое огромное пальто мне нужно, чтобы положить под него мех, который у меня — есть.

Длина 1 м<етр> 20, пояс, compl`etement crois'e, книзу расширяется, и рукава, как сейчас носят, на плече bouffants (т. е. несколько заложенных складок). Прилагаю свой неумелый рисунок. Пуговиц — шесть: больших.

Вы его на себе не мерьте, а только — прикиньте, и если Вам будет широк'o, мне будет — хорошо.

5) Какая цена? (Всё равно будет дешевле чем здесь, и деньги у меня будут, п. ч. на днях сдаю рукопись.)

6) Как Вам деньги переправить? Просто в конверте (на риск)? Переводом? (но — позволено ли? мне сейчас уж всё кажется — не позволенным? Я — понятия не имею). Послать — здесь — Вашим родным? В гостиницу — брату (якобы мой долг — Вам. Пусть не боится, напишу отправителя — Цветаеву, а это имя — несомненное).

С нетерпением буду ждать ответа. Если ответ будет благоприятный, Вы меня просто — спасете.

Но не забудьте: pour une dame forte, забудьте — меня, помните — «forte» (Я — тоже forte, но — по-другому).

Кончаю мою обожаемую Повесть о Сонечке, это моя лебединая песнь, т'o-то никак не могу расстаться! Эта вещь, хотя я ее сама написала, щемит мне сердце. Эпиграф: [1651]

(Вся гениальность Hugo в этом grands, а не longs [1653] …) В этой вещи (весна 1919 г.) — вся моя молодость.

________

Живу очень уединенно: друзья — мать и дочь, [1654] другие друзья: брат и сестра, [1655] и еще один друг — Коля, [1656] преданный всему нашему дому. И больше на весь Париж, в к<отор>ом я прожила 12 лет с уже половиной — НИ-КО-ГО.

Вожусь (мажусь, грязнюсь) с печами, вся (кроме души!) — в доме. Кормлю Мура и учителя (Мур этот год учится д'oма). И еще — кота (чужого, ничьего, бродячего). Главная радость — чтение и кинематограф. Ариадна, когда опять сможете ходить, гениальный фильм — Grande Illusion. [1657]

Вечерами чиню и штопаю Мура, «заводим» Т. S. F. [1658]

От Али частые открытки, много работы (рисует в журнале), [1659] всё хорошо.

Я сказала: главная радость — книги, нет! — природа главное: природа, погода (какая бы ни была), наша улица, обсаженная деревьями, наши каштаны, бузина, огороды — в окне.

— Если видаетесь с 3. А. Шаховской — горячий привет и благодарность за письмо. Передайте, что напишу ей непременно. (Но про мой возможный отъезд — ради Бога! — и ей ни слова: НИ-КО-МУ.)

А пальто мне нужно compl`etement crois'e — п. ч. у меня отмороженные колени и для меня мороз — самый большой страх, какой я знаю.

Ну, кончаю, обнимаю, прошу прощения за заботу, но эта просьба — только мое доверие. Я ведь знаю, что Вы — человек, то есть всему и подробно сочувствуете — когда любите.

А что любите меня — я знаю.

Марина

28-го января 1938 г., пятница

Vanves (Seine)