— Я ездил с ней в новое имение Частина, а не в старое имение Гаррета.

— Проклятие, мне все равно, как вы его называете. Я знаю, как вы заполучили этот особняк. Для людей в нашем городе он всегда будет старым имением Гаррета. И я говорил не об этом, а о том, что вы сделали с моей сестрой.

— Цинния сказала вам, что я соблазнил ее?

— Она отказалась обсуждать это. — Лео вышагивал вперед-назад. — Сказала, что это не мое дело. Она думает, что может справиться с вами. Но я видел сегодняшний выпуск «Синсейшен». Как и почти все остальные в Нью-Сиэтле. То, чем вы с ней занимались, весьма очевидно.

— Я сожалею о фотографии в газете. — Ник бросил полотенце в корзину. — Я пробовал предотвратить это.

— Она сказала мне, что вы вынули пленку из камеры фотографа, но очевидно, что вы этого не сделали. Вероятно, вы солгали ей.

— Зачем мне лгать?

— Будь я проклят, если знаю. — Лео пожал плечами. — Вы — схематик. Какой дьявол может знать, что у вас на уме? Возможно, вы хотите, чтобы ее имя связывали с вашим. Возможно, вы решили, что это — отличный способ гарантировать ее сотрудничество в этом так называемом партнерстве. Я предполагаю, что она нужна вам, чтобы помочь найти тот журнал, который вы ищете.

— Неплохая теория заговора. — Ник выключил свет в ванной и подошел к столу. — Если бы я не знал наверняка, то решил бы, что вы сами имеете задатки таланта-схематика.

— Частин, я хочу, чтобы вы оставили мою сестру в покое. Вы слышите меня?

— Я вас слышу. — Ник остановился у края стола. Опершись руками о крышку, он подождал, пока Лео не посмотрит на него. — Но вы только что сами сказали мне, что ничто не остановит Циннию, если она решит что-то сделать.

— Она всегда была независимой. — Рот Лео вытянулся в мрачную линию. — Но после смерти наших родителей, клянусь, она выработала стальную силу воли. Именно ей пришлось заниматься банкротством, которое к тому же сопровождалось грязными публикациями в газетах. От других членов семьи не было никакого толку и даже хуже — тетя Вилли и другие бесновались, злились и вели себя так, будто потерять компанию куда страшнее, чем потерять родителей.

— Ясно.

— Большинство наших родственников постарались скрыться. Они заявили, что не могут терпеть подобное унижение. Именно Циннии пришлось иметь дело с ломившимися в двери кредиторами, репортерами и другими хищниками.

— Такой опыт либо закаляет, либо разрушает человека.

— Да, но на этом неприятности не закончились. Полтора года назад она влипла в другую историю.

— Итонский скандал.

Лео остановился у стены и ударил по ней ладонью:

— Итоны использовали ее, чтобы скрыть свои сексуальные игры втроем с политиком Дарией Гардинер из партии «Нравственные ценности основателей». Газеты представили все так, будто у Циннии была связь с Рексфордом Итоном. Но все это сплошная ложь.

— Итоны с Дарией Гардинер играли в любовь на троих? Интересно. — Ник отложил в памяти этот факт, чтобы проанализировать позже. Во время последней избирательной компании Гардинер пыталась использовать «Частин Пэлас» как пример той разновидности бизнеса, которую была намерена искоренить в Нью-Сиэтле.

— И теперь у членов семьи хватает наглости оказывать давление на Циннию, чтобы она вышла замуж за состоятельного человека. Они не заботятся о ее счастье. Их заботит только восстановление их положения в обществе.

Ник слушал, как изливается долго сдерживаемая злость. Гнев Лео вибрировал в воздухе. Удар в челюсть несколько минут назад был следствием не только фотографии, опубликованной в сегодняшнем выпуске «Синсейшен». Это была кульминация копившейся в младшем брате на протяжении нескольких лет досады на свою неспособность защитить сестру.

— Лео, я понимаю, о чем вы мне говорите. Я знаю, что вы хотите позаботиться о Циннии. Как и я. Но как вы сами сказали, она настроена найти убийцу Фенвика. Это может быть опасным занятием.

Лео повернулся:

— Ради Бога, вы думаете, я этого не знаю?

— Вы только что признали, что не можете убедить ее бросить свою затею. Но вы можете пойти другим путем и удостовериться, что с ней рядом есть кто-то, кто может за ней присмотреть. Кто-то, кто проследит, чтобы она не увязла по уши.

Лео с отвращением взглянул на него:

— И этот кто-то, надо полагать, вы?

— Подумайте. Как ее партнер, я могу позаботиться о ней наилучшим образом. Я могу контролировать ситуацию. Уберите меня из схемы, и вы получите намного больше причин для беспокойства, чем имеете сейчас.

Последовала короткая неловкая пауза, пока Лео осмысливал сказанное.

— Проклятье. — Лео застыл на месте, уперев руки в бока. Он оглянулся вокруг, будто искал что-то, что можно пнуть. — Проклятье.

Ник взвесил различные возможности и вероятности. У него хватало проблем и помимо разъяренного, полного подозрений Лео. Лучшим вариантом для него было перетянуть молодого человека на свою сторону, и сделать это надо было как можно быстрее.

— Кое-кто только что сообщил мне имя человека, изготовившего поддельную копию журнала моего отца, — спокойным тоном произнес Ник. — Я как раз собирался отправиться к нему и поговорить, когда появились вы. Хотите пойти со мной?