– Ищи, Дан! – потребовал Герд устало. – Где Уэ? Ну, где?..

– Успокойся, Герд. Она найдётся в нужный момент, не раньше.

– Нужный – кому?

– Лесу, разумеется, – не нам же? Забудь на время об Уэ, сейчас куда важнее разобраться с Псами.

– При чём здесь Псы?

– Герд, опомнись! Почему, ты думаешь, Лес благоволит к нам – из-за наших мускулов? У Псов они немногим меньше, а у Кебрика…

– Кебрик мёртв.

– Тем лучше.

– Я понимаю: мы нужны Лесу.

– Именно! Каждый дилан – альтруист до нелепости, но Система должна быть жизнестойкой, и если для выживания ей потребуется жестокость… Пока мы защищаем диланов и Лес, мы включены в Систему.

– Да на что мы сейчас годны – беззубые?

– Герд, Герд!.. Отвлекись от ремесла, здесь неуместны военные мерки!

– А разве это не война?

Герд сполз спиной по стволу, присев на корточки, закрыл глаза. Боль отпускала, от раны разливалось по телу усыпляющее тепло. Он чувствовал себя почти сносно, а через пару часов, скорее всего, окончательно войдёт в норму, но это не утешало. Внутри по-прежнему было пусто и безнадёжно. Все его поступки – безумные, машинальные – с каждым часом становились или казались нелепей. Он растерял ориентиры, и всё, что он ценил прежде, теперь потеряло смысл. Вепрь-одиночка, никогда и ни от кого не зависевший, – теперь он ощущал себя изувеченным обрубком, безмолвно вопящим от тоски. Уэ, девочка моя, где ты? – снова позвал он мысленно. О, дьявол!..

Морщась, Герд сказал:

– Какой Лесу от нас прок? Многим ли мы теперь отличаемся от диланов? Во мне даже ненависти не осталось!

Дан пожал плечами, огляделся и спросил:

– Ну, ты отдохнул?

– Надо идти?

– Недалеко. Встаём?

– Погоди. По-твоему, это Лес взял Уэ?

– Надо же было как-то вывести тебя из ступора, заставить оглядеться? Так мне кажется.

– Дан, а как же гуманность?

– Ты снова пытаешься приравнять Систему к диланам – напрасно. Система нечто большее и – другое. Диланы только верхушка айсберга, а какими тёмными инстинктами может руководствоваться вся махина – я лично не представляю. Даже диланы вряд ли знают всё.

– Ладно, пошли.

Ветки с готовностью расступились перед ними, и Герд вдруг осознал, что уже принимает предупредительность Леса как должное, словно весь этот грандиозный механизм был частью его тела, чем-то вроде руки или ноги… Герд усмехнулся: мания величия в чистом виде. Скорее уж я стал частью Леса, его покорным придатком, его рабом. Пусть! Впервые я готов продаться, цена подходящая – Уэ.

Дан вывел его к толстенному корявому стволу, изуродованному наростами и дуплами, в одном из которых они разжились ещё одной парой игломётов, и уступил лидерство Герду. Почти бегом они вернулись к скалам и расположились на ветвях против главного входа. Ждать пришлось недолго: спустя примерно час из пещеры показался отряд. Сейчас он стал поменьше, чем сутки назад, – недоставало Чака, Кебрика и с полдюжины Псов. Зато бедняжка Кэролл передвигалась теперь своим ходом, опекаемая парой Вепрей. Имперцы не торопились и не скрывались, но держались собранно, страхуясь от случайностей.

– Не знаю, чего мы этим добьёмся, – негромко сказал Герд, – но лучше отрезать их от Логова.

Дан кивнул и лёг поудобнее, нацеливая игломёт. Ветви пришли в движение, точнее, в их постоянном шевелении обозначилась цель: они выстраивали заслон на пути отряда. Сверху это просматривалось отчётливо.

После минутного замешательства отряд перестроился. Во главе встали несколько рубщиков, и Псы начали вгрызаться в Лес – медленно, но безостановочно.

Дан ругнулся вполголоса и послал первую стрелу, прошив руку одному из рубщиков. Мгновенно отряд рассыпался, укрывшись за стволами, но вряд ли они успели заметить, откуда их атаковали. Герд встретился взглядом с Даном, тот подмигнул и прошептал:

– Погнали в болото?

Герд покачал головой. Рэй – мастер многоходовых комбинаций. Как только поймёт, что Лес их не пропустит, сразу вернёт отряд в пещеры – там безопаснее.

– Ну и что? – спросил себя Герд. Допустим, мы сможем продержать их в изоляции сколь угодно долго, но что это даст? Даже если мы прикончим Рэя, Псы не перестанут убивать диланов, а надолго ли тех хватит? Нет, опять мы делаем что-то не то… но ведь что-то делать надо?

– Это отсрочка, Дан, – сказал он вслух. – Всего лишь.

Дан кивнул:

– Всё верно! Они угодили в собственную ловушку – это справедливо!

Герд вздохнул и пустил новую стрелу – в неосторожно высунувшегося Пса. Он не надеялся попасть, но постарался обмануть свой страх убийства возможно полнее. В результате Пёс оказался пришпиленным к дереву за капюшон – кажется, Герд даже ухитрился оцарапать ему кожу. В панике рванувшись, Пёс укатился за кусты. Секундой позже в ствол, за которым укрывался Рэй, с устрашающей силой ударил дротик. И снова стало тихо.

– Хватит демонстраций, Герд! – разорвал тишину звучный голос Рэя. – Мы отходим.

Остерегаясь, но с полным самообладанием имперцы ретировались в пещеру.

– Запереть так же и Логово, что ли? – задумчиво спросил Дан. – Н-да, но вот масштабы… Да и Лес там уже не тот – захирел.

Герд нацелил игломёт в тёмный провал входа, но выстрелить не смог: а вдруг там кто-то стоит? Не хочу, подумал он с тоской, ничего не хочу! Я потерял себя. Что мною движет сейчас – инерция? Ну что все в меня вцепились? Грохнуться бы сейчас с высоты… Как же, так тебе Лес это и позволит! Ты ведь нужен ему… зачем-то. Ну хорошо, даже если мы изолируем всех Псов, что это даст? Псарню!