Поль опасался, что в ближайшие дни либо Эли, либо Лайтбоди схлестнутся с Отто из-за этой девчушки.

После того как Мэгги села на рулевое весло, а мужчины взялись за шесты, суденышко быстро заскользило вверх по течению. Время от времени Лайт внимательно осматривал берег – не покажутся ли там делавары.

Они плыли несколько часов не останавливаясь. Мужчины уже обливались потом, когда лодка вышла за поворот реки и перед ними оказалось прямое русло. Эли взялся за рулевое весло, а Поль развернул парус. Ветер погнал суденышко вперед. Плоскодонка плавно скользила. Эли старался держаться на середине реки, в стороне от быстрого течения. Лайт сидел на палубе и внимательно наблюдал за берегом. Мэгги достала из вьюка мясо, которое они запекали в углях прошлой ночью. Она подала Лайту кружку с водой и кусок оленины. Остальные взяли свою долю сами.

Лайт тут же осушил кружку. Когда Мэгги отправилась к бочке с водой, чтобы налить ему еще, там ее поджидал Крюгер. Отто снял крышку. Мэгги зачерпнула воды и поспешно вернулась к мужу, но гадкий немец все-таки успел провести ладонью по ее голой руке.

В середине дня Лайт, осматривавший берег через свою подзорную трубу, внезапно забеспокоился. Он подошел к Эли, сидящему на рулевом весле.

– Посмотри вон на те тростники. Они примяты, и там нет птиц.

Эли поднес к глазам бинокль. К реке вышел олень, но, не попив, повернулся и ускакал прочь.

Лайт снова поднял подзорную трубу. Индейцы хорошо умеют прятаться – но их не замечают только белые… Лайт сложил трубу.

– Там боевое каноэ.

– Поль, – негромко сказал Эли, – достань мушкеты.

Поль нырнул в надстройку, вытащил оттуда четыре длинноствольных ружья и положил их на крышу.

Лайт проверил заряд в своем ружье, вытащил из вьюка лук, натянул тетиву – две скрученные бизоньи жилы. Лук и колчан он забросил себе за спину.

– Что происходит, Лайт? – спросила Мэгги.

Не успел он ответить, как из-за зарослей тростника вылетело каноэ. Раздался боевой клич. В лодке сидели шесть делаваров. И они намерены были захватить плоскодонку.

– Быстро под навес, Мэгги! – приказал Лайт, и она тут же исчезла. – Не стреляй без крайней необходимости, – сказал он Полю. – Иначе все делавары в ближайших пяти милях будут знать, где мы.

– Ну ше, тьяфолы-тикари! – крикнул Крюгер. – Итите сюта, мы фам покашем, што снашит хороший фоин!

Эли, абсолютно спокойно, сидел за рулевым веслом. Ветер нес их к плывущему наперерез каноэ. Лайт натянул лук и стал дожидаться, чтобы один из воинов встал. Когда каноэ подплыло ближе, один из индейцев, молодой, нетерпеливый, вскочил. Стрела Лайта вонзилась ему в грудь. Он упал в воду. Остальные гребцы продолжали гнать каноэ вперед. Спины их были согнуты, головы опущены вниз.

Внезапный порыв ветра наполнил парус и понес плоскодонку прямо на приближающееся каноэ все быстрее и быстрее. Индейцы слишком поздно увидели опасность. Они попытались увернуться от лодки. Им как раз удалось развернуть каноэ бортом, когда плоскодонка врезалась в него. Они оказались в воде.

Но делавары не сдавались. Они попытались вскарабкаться на борт плоскодонки. Поль и Крюгер поджидали их у одного борта, Лайт – у другого. Как только головы показались над водой, на них с силой опустились шесты.

Делавары поняли, что бессмысленно продолжать бой. Удача была явно не на их стороне. Поэтому те, кто остался в живых, поплыли к берегу, опасливо оглядываясь на лодку белых людей.

– Мне здесь не нравится, – шепнула Мэгги Лайту.

– Пока так лучше, ласточка.

Ночь была темной. Облака закрыли месяц. Плоскодонка покачивалась на воде в нескольких ярдах от крутого берега. Слышался плеск рыбы. В лесу выл волк, и от его завывания становилось не по себе.

– Мне здесь не нравится, – повторила Мэгги, прикасаясь губами к щеке мужа. – Когда мы от них уйдем?

Они сидели прислонившись спинами к вьюкам. Лайт закутал жену в одеяло, чтобы защитить от москитов и от ночной прохлады.

– Как только сможем. – Он прижал ее голову к своему плечу. – Поспи немного.

– А ты будешь спать?

– Потом.

– И тот лысый человек мне тоже не нравится.

– Он к тебе приставал?

Мэгги решила не рассказывать Лайту о том, что произошло у бочки с водой.

– Мистеру Нильсену он не нравится.

– Почему ты так решила?

– Я просто знаю – и все.

– От тебя ничего не скроется, малышка.

– Ты мистеру Нильсену нравишься.

– И это ты, наверное, тоже «знаешь – и все», – поддразнил ее Лайт.

– Он на тебя смотрит… но не гадко.

– Если ты не перестанешь болтать, мне придется тебя поцеловать.

Мэгги беззвучно засмеялась.

– Я на это и надеялась.

Следопыт нежно поцеловал любимую в губы.

– Спи.