Вспоминая, она смотрела куда-то вдаль. Факт, что жена Мэта не любила его, стал одной из причин ее дружбы с милым соседом. Они были одиноки и жалели друг друга. У него было меньше оснований чувствовать себя виноватым, чем у нее, поскольку ее супруг всегда хорошо к ней относился, но эти отношения мало напоминали супружеские.

— Ты никогда не говорила мне, как ты перенесла нашу разлуку, — очень серьезно проговорил сэр Мэтью. — Я получил твою записку, в которой ты сообщала мне, что больше не хочешь меня видеть. Но что произошло на самом деле?

— Разве сейчас это имеет значение? — неохотно отозвалась она.

— Для меня — да, — таким же серьезным тоном, без малейшей улыбки, подтвердил он.

Для нее — тоже, но возвращаться мыслью в те дни было невыносимо больно. То были самые тяжелые воспоминания всей ее жизни.

— Произошло то, — с грустью промолвила она, — что ко мне вернулся разум. Я поняла, что была не права, считая, что никому не причиняю боль своим… — Она остановилась, подыскивая нужные слова, чтобы поточнее высказать свою мысль.

— Да, твой сын, — не без горечи произнес он. — Он поставил тебя перед выбором — либо он, либо я.

— Мэт, — мягко упрекнула его Розмари, — все было гораздо сложнее. Ты был женат, а я — замужем. К тому же у меня был совсем еще юный сын, благополучие которого значило для меня больше, чем все остальное на свете.

— Но это обстоятельство уже не является самым главным в твоей жизни, — сказал сэр Мэтью и замолчал. Он решил дать ей возможность обдумать его слова. Затем улыбнулся и посмотрел в ее встревоженные глаза. — Я не хочу причинять тебе боль, Роди. Но я намерен ухаживать за тобой. У нас достаточно времени, чтобы подумать о будущем и принять решение. Не стоит воздвигать препятствия прежде, чем они возникнут сами.

Он встал и медленно удалился. Ей показалось, что в зале вдруг погас свет.

Она сказала себе, что это не имеет значения и что она привыкнет к отсутствию Мэта так же, как привыкла тогда. У нее по-прежнему есть сын, который для нее важнее, чем кто-либо на земле.

Но в душе, в самом укромном уголке, искорка надежды не желала угаснуть.

Стоя у окна своей спальни, Джессика высматривала условный сигнал. А вот и он. Крохотный, но яркий огонек в ночи. Это Перри размахивал фонарем, который снял со стены у черного хода. Она поднесла к окну зажженную свечу, давая понять, что заметила его знак. Выждав еще пять минут, чтобы дать Перри время найти на улице наемный экипажей и приказать кучеру ждать их в условленном месте, она стала одеваться. Они продумали свой план до мельчайших мелочей. Даже одежда их была простой, удобной, немножко поношенной, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Перри ждал ее у ворот, чтобы проводить к экипажу. Сразу за площадью Сент-Джеймс начиналась улица закрытых клубов для джентльменов, и Джессика надела шляпу с вуалью, чтобы ее никто не узнал. Перри открыл дверцу экипажа, подал ей руку и помог сесть в карету. Затем, высунув голову из окна, громко назвал кучеру улицу вблизи Стрэнда, где снимал жилье мистер Родни Стоун.

— Кто-нибудь видел, как ты выходила из дома? — тихо спросил Перри.

— Нет, — заверила его Джессика. — В одиннадцать вся прислуга уже спит, и я вышла через черный ход.

Они молчали, пока экипажей не свернул на Пэлл-Мзлл.

— Мне стыдно обманывать Лукаса, — не выдержав, стал оправдываться Перри. — Что будет, если он узнает, что мы сегодня были вдвоем? Ты можешь себе представить, о чем он подумает?

С уверенностью, которой на самом деле она не чувствовала, Джессика ответила:

— Во-первых, он ни о чем не узнает, а во-вторых, если и узнает, то ничего плохого не подумает. Я скажу ему всю правду.

Перри грустно улыбнулся.

— О да, разумеется, ты скажешь правду, а он тебе поверит. А я? Как быть со мной? — взволнованно спросил он. — Как я мог позволить тебе участвовать в этом деле? Прошу тебя, не возражай. Мы с тобой взломщики. Самые обыкновенные взломщики. А тебе известно, как власти поступают со взломщиками, когда их поймают? Их отправляют в колонии. Вот. — Перри разволновался не на шутку.

— Мы будем осторожны, и нас не поймают, — уверенно заявила Джессика.

— А если поймают? — возразил Перри.

— Ну, тогда… тогда… — Джессика пыталась найти оправдание на ходу. — В общем, скажем, что мы знакомые Родни Стоуна. Мы беспокоимся о нем, потому что никто из его друзей не может толком сказать, куда он подевался.

— Поэтому мы и залезли в его квартиру, чтобы найти адрес его родственников… — подхватил Перри.

Джессика одобрительно кивнула. Это было почти правдой. Дело в том, что Родни Стоун действительно бесследно исчез. Тайное расследование Перри, которое он проводил по просьбе Джессики, навело юношу на след лондонских приятелей мистера Стоуна, но они считали, что он уехал в Брайтон, однако его брайтонские друзья полагали, что он как ни в чем не бывало живет себе в Лондоне. Но если он исчез, то лишь по той простой причине, что решил скрываться от кредиторов до тех пор, пока его родственница не уладит всех его дел. Правда, родственницы Стоуна никто в глаза не видел и адреса ее не знал, посему сообщить о нем Перри не мог.

Джессике хотелось верить, что все у них получится и в квартире мистера Стоуна они найдут ответ на главный вопрос: куда исчез Родни Стоун?

Когда экипажей свернул на улицу, где проживал Стоун, Перри дал знак кучеру остановиться. Уплатив за поездку, молодой человек взял Джессику под руку и повел ее к ближайшей подворотне.

— Почему ты отпустил экипажей? — разволновалась Джессика.

— Здесь полно театров, — ответил Перри, — и когда закончатся представления, сюда примчатся экипажи едва ли не из всего Лондона. К тому времени мы тоже завершим свое дело и сразу же уедем. — Он вдруг запнулся и с сомнением покачал головой. — Наверное, я сошел с ума. Зачем я только согласился взять тебя с собой. Это напоминает мне времена нашего детства. Ты всегда умела подбить меня на дурные поступки.