— Если когда-нибудь ты сможешь мне это предложить, я буду ждать.

Прислонившись к дереву в небольшой рощице и наблюдая закат, Вивьен услышала чье-то покашливание. Обернувшись, она увидела отца, который стоял, опираясь на палку.

— Извини, папа, ты долго здесь стоишь? — спросила она.

— Достаточно, чтобы видеть, как ты несчастна, — прозвучал ответ. — Ты опять скучаешь по своему несостоявшемуся мужу.

И если бы он знал, как сильно. Каждый раз смотря на Эбби, она боролась с желанием бежать туда, снова увидеть Розочек, Эми и… Майкла.

— Эти места — лишь воспоминание, — грустно произнесла она. — Майкл навсегда останется в моем сердце. Но когда мы уедем, я уверена, что забуду о нем.

Пулика скрестил на груди руки.

— Мы уедем, как только я закончу свою работу. Возможно, на следующей неделе.

Последние две недели Пулика заменял заболевшего кузнеца. Каждый день с рассветом он уходил и, насвистывая, возвращался на закате.

— Разве никто не может тебя заменить? Нам уже пора подыскивать место, чтобы перезимовать.

— Я еще могу работать, — сказал он. — Кроме того, твой муж потребовал за тебя приличное приданое.

Вивьен от удивления открыла рот:

— Не может быть! Я же попросила Майкла заплатить тебе!

— Это мужское дело. И не тебе решать. К тому же я сказал, что ему будет дорого стоить нанять просителя, чтобы уговорить мою несговорчивую дочь.

Неужели Майкл взял с таким трудом заработанную сотню гиней или хоть часть? И почему отец говорил, что ему приходится отдавать свои мизерные сбережения богатому лорду?

— Не волнуйся, — успокаивающе сказал Пулика, — твой муж не попросил больше того, что я был готов ему предложить. Ну ладно, пойдем, а то мама будет ругаться.

— Ругаться?

— За то, что я так задержался. — Его черные глаза заблестели. — Сегодня мы устраиваем небольшое гуляние, чтобы развеселить тебя.

У Вивьен совсем не было настроения веселиться. Но она многим была обязана родителям, которые вырастили, воспитали ее, которые отдали ей всю любовь, что была в их сердцах.

Рейна бежала к ним навстречу, грозя указательным пальцем.

— Наконец-то появился, увалень. Где тебя так долго носило?

— Что я тебе говорил? — Пулика хитро посмотрел на Вивьен. — Я женился на сварливой женщине.

— А я вышла замуж за клоуна, — сказала в ответ Рейна, — который все время дразнится. — Они вместе засмеялись и крепко обнялись.

Брак ее родителей был просто идеален. Вивьен мечтала о такой любви, близости и преданности.

Рейна обернулась к Вивьен.

— Тебе нужно подыскать что-нибудь праздничное, Виви, — сказала она.

Она увидела, как Рейна несет белое платье, в котором она стала женой Майкла.

— Нет, — прошептала она, — только не это.

— Пожалуйста, надень, — не унималась Рейна, — порадуй мать. Ты в нем такая красивая. Может быть, ты вспомнишь, как счастлива ты была в тот день.

Вивьен не нужно было напоминать те счастливые часы.

И ее мать прекрасно это знала. Это было на нее не похоже, Рейна не была такой бесчувственной. Подозрительная мысль закралась в голову Вивьен. Какая могла быть причина для радостной улыбки матери или веселого настроения отца? Может быть, он говорил с… Майклом?

Нет. Не стоит зря надеяться.

Снаружи послышался лай собак. Вивьен посмотрела а мать, та держала наготове ее свадебное платье.

— Быстрее. — Глаза Рейны ободряюще сверкнули. — Не тяни время.

— В чем дело? Кто здесь? — заволновалась Вивьен.

— Надень это и поймешь. — Больше Рейна ничего не сказала.

Дрожащими руками Вивьен натянула платье. Она посмотрела в небольшое зеркало: глаза ее блестели, щеки зарделись.

Если бы она могла быть уверена…

Мать вывела Вивьен из кибитки. Было довольно темно, лишь несколько одиноких звезд мерцали на небе. Удивленная необычным зрелищем, Вивьен остановилась на ступеньке.

Весь табор собрался на краю лагеря у необычной повозки.

Кибитка была большая, прочная, малинового цвета, с золотыми колесами. Впереди, прислонившись к ней, стоял мужчина.

Майкл.

Их глаза встретились. Майкл смотрел прямо на нее через весь лагерь. Он был одет в тонкую белую рубашку и широкие штаны, что носили цыгане. На ногах у него были высокие, по колено, сапоги, а на талии был подвязан алый пояс. Не сводя глаз с Вивьен, Майкл направился прямо к ней.

Подойдя совсем близко, он голодными глазами стал изучать ее с ног до головы, и в этот момент Вивьен была рада, что надела белое свадебное платье.