— Милая, клянусь тебе, я вернусь раньше, чем солнце закончит свой дневной путь. Джеффри мне не опасен. А для защиты в дороге я взял всех своих людей, они надежны и испытаны в боях.

Несса не смела заговорить, чтобы слезы не хлынули по щекам, но она не могла отпустить мужа всего лишь с целомудренным поцелуем. Она встала на цыпочки, притянула его к себе за плечи и крепко поцеловала в подбородок — только туда смогла дотянуться.

Гаррик предпочел бы не обниматься при воинах, но эта женщина опять выбила его из седла! Он прижал ее к себе и впился в ее губы страстным поцелуем.

— Милорд, я принес печальную весть, — раздался голос Эрделла.

Почти теряя сознание от отчаянной любви к мужчине, собиравшемуся в опасный поход, Несса все же почувствовала, как Гаррик замер.

Не выпуская любимую из рук, граф покосился на Эрделла; было очевидно, что этот рыцарь не грустил, а радовался.

— Милорд, ваш гость, угрюмый молодой рыцарь, загадочным образом исчез. — Для Эрделла поступок Рейнарда был подарком судьбы. Если сегодня ничего не выйдет, у него есть козел отпущения!

Почувствовав, как задрожала Несса, Гаррик опустил на нее глаза — она-то явно была расстроена. Еще бы ей не расстраиваться, когда появилось доказательство, что ее зять — предатель! Граф жестом отослал Эрделла к воинам и взял коня под уздцы.

Несса была уверена, что Эрделл подсунул графу эту новость для того, чтобы тот не спросил о причине опоздания. Эрделл, конечно, бегал в стан Гилфри — сообщить о предстоящем. Однако она надеялась, что им удастся остановить заговорщиков.

Гаррик поехал во главе отряда. Обернувшись, он прижал руки к сердцу в прощальном приветствии своей голубке и тронулся в путь. Несса проследила, как всадники скрылись в тоннеле внутренней стены замка, и бросилась бежать — через двор, наверх и в Большой зал.

— Где лорд Уильям? — спросила она у сэра Руфуса.

Вокруг сновали слуги, готовившие столы к утренней трапезе для оставшихся в замке; они удивленно смотрели на запыхавшуюся госпожу. Как и при первом появлении Нессы в Тарранте, старый рыцарь стоял у камина. В руках у него был кинжал с костяной ручкой; он как-то раз сказал, что точно такой же кинжал есть у Эрделла.

Сэр Руфус в изумлении уставился на графиню, он впервые видел ее в таком возбуждении.

Несса стиснула руки и постаралась улыбнуться.

— Мне срочно нужно с ним поговорить. Пожалуйста, скажите, где он?

Сэр Руфус обрел привычную сдержанность и проговорил:

— Если он нужен прямо сейчас, то, боюсь, вам придется повременить. Он ушел несколько часов назад и до сих пор не вернулся.

Несса взмолилась о ниспослании удачи. После встречи с Коннелом они с лордом Уильямом все рассказали Рейнарду, и он должен был поехать впереди Гаррика, чтобы отыскать скрытую западню и предупредить о ней. Но теперь Гаррик не поверит Рейнарду. Очень может быть, что, встретив Рейнарда, он с ним поступит как с врагом. Ей следовало придумать, как защитить мужа и одновременно позаботиться о человеке, который попал в опасность, выполняя данную ей клятву.

— А где Мерта? Где Орам?

— Оба ушли со старым графом, — ответил сэр Руфус.

Несса тяжко вздохнула. Почему свекор уехал в ночи? Почему ничего ей не сказал? И еще важнее: почему он взял с собой ее друзей, а не ее саму? На дальнейшие расспросы не оставалось времени. Нужно было полагаться только на себя и не терять ни минуты.

Несса ринулась в конюшню. Сэр Руфус и остальные воины в испуге смотрели ей вслед. Седлать кобылу было некогда; Несса взлетела на спину лошади и пустила кобылу в бешеный галоп. Копыта прогремели по мосту, потом глухо простучали по дороге, ведущей к наружной стене. За этой последней преградой Несса повернула на дорогу, ведущую к скале Хайдата.

Серое небо и так давало мало света; когда же Несса въехала в густой лес, где свет заслоняли огромные деревья, ей пришлось перевести кобылу на шаг, чтобы она не угодила в яму среди подлеска. Хотя дождя не было несколько дней, в лесу пахло сыростью.

После мучительно долгой езды лес наконец расступился, и она увидела камень-монолит посреди небольшой поляны. Она прибыла на место, прибыла первая. Но что ей теперь делать?

Без приключений добравшись до цели, Гаррик не удивился, увидев, что он с отрядом прибыл первым, ведь они выехали очень рано, а через некоторое время догнали Рейнарда. Что ж, теперь этот предатель перестанет вопить об опасностях. Граф пристально посмотрел на юного рыцаря, сидевшего на лошади как мешок с зерном. Он не сомневался, что опасностью был сам этот рыцарь, а его рассказы о грозившем им нападении не что иное, как последняя попытка спасти свою шкуру. Гаррик был уверен, что теперь опасность миновала и ему остается только подождать Джеффри, чтобы подавить мятеж. Впервые за долгие часы он расслабился и вспомнил о нежной и ласковой женщине с мягкими локонами и сладкими, как персик, губами — она в его объятиях превращалась в пламя и растапливала тот кусок льда, в который превратилось его сердце.

Несса сидела на широкой ветке вяза; к счастью, в детстве она научилась лазать по деревьям, где пряталась от гнева отца и оскорблений сэра Гилфри. Она в страхе смотрела, как расслабился ее любимый — этого никак не должен делать воин. Что сможет сделать она, невооруженная женщина? Сумеет ли защитить его? Увы, она так торопилась, что даже не взяла с собой оружия. А если бы и взяла — она не умеет с ним обращаться, этому редко учат благородных девиц и никогда — послушниц аббатства. Ей оставалось только молиться. Глядя на мужчин, которые слонялись по поляне, шутили и совершенно не думали об опасности, она молила Бога и всех святых, чтобы Коннел со своим отрядом успел вовремя, а если нет, то чтобы она нашла соломинку, за которую можно ухватиться… «Надо молиться с открытыми глазами», — сказала себе Несса. А в следующее мгновение она увидела, как на другой стороне поляны шевельнулся папоротник. Несса затаила дыхание. Присмотревшись, она поняла: под высокими зелеными листьями лежал Уилл. Неужели он так и не добрался до Суинтона? От ужаса Несса чуть не забыла о главном — в кустах под ее деревом затаились сэр Гилфри и маленький тощий человечек с жиденькими черными волосами.