Своего имени она, как обычно, не написала.

Андре, услышав о назначенном свидании, пришел в восторг. Бесс была поражена, но втайне обрадовалась, что ее детка снова позволила мужчине приблизиться к ней.

– Будь осторожна, когда встретиться с мужчиной наедине в своей комнате! Я проследить, чтобы дверь быть закрыта, чтобы дочка не видеть, как мама ходить взад-вперед! – ворчала Бесс.

Вечером в пятницу Ханна с удовольствием отметила, что ужин для гостя приготовлен отменный. Она не сомневалась, что к нему приложила руку Бесс.

Когда приводили в порядок старый постоялый двор, две спальни наверху превратили в жилые помещения для Ханны. Одна так и осталась спальней, а другая использовалась как гостиная, часть которой служила еще и маленькой столовой. Именно в этой комнате и должны были ужинать Ханна и ее гость.

Ханна обрадовалась, узнав, что Грант Эндикотт, высокий худощавый человек около тридцати лет, оказался южанином, джентльменом, родившимся и выросшим на побережье Южной Каролины. Его семья занималась морскими перевозками и недавно открыла контору в Бостоне; он, старший сын, заведовал этой конторой.

Сделав изящный поклон и поднеся к губам руку Ханны, Грант сказал:

– Вы понимаете, мадам, что я не знаю вашего имени?

– Ханна.

– Ханна? – Он глядел, подняв брови. – Просто Ханна?

– Это все, что вам нужно знать.

– Как вам угодно, мадам. Ах… – Он улыбнулся, не скрывая восхищения. – Вы с Юга. Когда я слышал ваше пение, я не был в этом уверен, но теперь знаю точно. Этот мягкий голос совершенно не похож на резкие, отрывистые голоса женщин Новой Англии! Я не ошибся?

– Я не скажу вам больше ничего, сэр. – Ханна улыбнулась. – Именно таинственностью, меня окружающей, я отчасти обязана своей здешней популярности. Неужели вам хочется сдернуть эту вуаль тайны?

– Ни в коей мере, мадам! – Глаза у него были теплого карего цвета, и взгляд их в настоящую минуту был серьезный и внимательный. – Но узнать вас как женщину… это совсем другое!

– Посмотрим, – проговорила Ханна несколько застенчиво. Потом отвернулась и добавила: – Не желаете ли выпить со мной вина, сэр?

– Благодарю вас. С удовольствием.

Ханна налила вина себе и гостю, и они уселись перед камином. Стоял холодный вечер, и у огня было очень хорошо.

Грант поднял свой стакан.

– За ваше здоровье, миледи.

Они выпили. Ханна немного волновалась перед свиданием, но вино сняло ее внутреннее напряжение, и теперь она радостно предвкушала предстоящий вечер.

– Эти женщины Новой Англии, о которых вы упомянули, сэр… вы, наверное, знали многих из них? – спросила она кокетливо.

– Ах, нет, боюсь, что не многих. – Грант вздохнул. – Они холодны, к ним трудно приблизиться.

– Но южанок вы таковыми не считаете?

– Леди у нас на Юге страстны и щедры по натуре. Я всегда встречал именно таких. – Теперь его взгляд сделался смелым и пылким.

В дверь постучали. Ханна откликнулась, и вошли две служанки, неся подносы, на которых дымились тарелки с ужином. Они расставили все на маленьком, покрытом скатертью столике, который стоял в углу комнаты.

Ханна и ее гость сели друг против друга за стол, освещенный свечами. Ужин был в южном стиле: сладкий картофель, соленая ветчина, горох, кукурузные лепешки, которые, как решила Ханна, Бесс приготовила собственноручно. Венчал все это восхитительный пудинг.

Грант ел с наслаждением.

– Ах, домашняя стряпня! – Он вздохнул. – Мне так не хватает ее в Бостоне. Здесь все вываривают до невозможности. Признаюсь, именно ваша кухня, мадам, привлекла меня поначалу в ваше заведение. Потом, конечно… – Он оторвался от еды и посмотрел на молодую женщину. – Потом я услышал ваш сладостный голос, увидел вашу красоту. И пропал.

– Вы чрезмерно льстите мне, сэр, – сказала Ханна, опустив глаза.

– Это не лесть, мадам. Это правда, клянусь вам. – Он потянулся через стол и легко сжал ее руку.

Когда с ужином покончили и убрали со стола, Ханна проводила обеих служанок до двери и незаметно заперла ее за ними.

Потом повернулась к Гранту, расположившемуся у огня.

– Глоток бренди, сэр?

Он пошевелился и оглянулся на нее с несколько неуверенным видом.

– Уже довольно поздно, мадам.

– Вовсе нет. Я редко ложусь раньше полуночи.

– В таком случае я принимаю ваше предложение.

Наполнив бренди два бокала, Ханна почувствовала, что ей тепло и хорошо и что она страстно жаждет наслаждений. Когда Грант увидел, что Ханна тоже выпила бренди, брови его взметнулись, но он промолчал.