–  О больших порциях, - вздохнула Маша мечтательно.
–  О вот такущих!

Она раскинула руки во всю ширь, пытаясь изобразить, на какой размер тарелки она готова претендовать.

–  Ну да, так тоже можно сказать, - согласился я.

Как и в любом другом сельском трактире, заботящемся о своей репутации, помалу в «Веселой долине» не накладывали, равно как особыми изысками в приготовлении тоже не баловали - это не «Серебряный окунь» на Арсенальной набережной в Твери, что возле княжеского дворца.

Мы поднялись на крыльцо, я толкнул деревянную дверь, со скрипом отворившуюся, и мы вошли в полутемное помещение, пригибаясь, чтобы не удариться головой о низкую притолоку, - здесь в целях сбережения тепла зимой считали все методы хорошими, включая проделывание таких дверных проемов, что в них впору разве что на четвереньках входить. Технологии энерго-, но вовсе не головосбережения. Ну и для оборонительных целей такие окошки да тесные дверные проемы тоже поудобней будут. Иная тварь ночная и не протиснется. В каких еще краях принято окна разве что под кошку делать, да и те с загнутыми наружу шипами?

Небольшой зал трактира плотно был заставлен длинными столами, каждый человек на десять, с лавками по бокам, сейчас задвинутыми под стол. С торцов стояли массивные табуреты. Свет не горел, в зале никого не было, но с кухни, куда вело окошко в стене, доносился звон кастрюль.

–  Давайте к окну, там светлее, - пригласил я спутниц.

Мы выбрали стол у дальней стены и расселись лицом ко входу, обойдя его или придвинув табурет. Тоже привычка, и полезная - не сидеть ко входу спиной, и она меня пару раз выручала уже.

С кухни вышел невысокий толстяк, вытирающий на ходу мокрые руки передником. Увидел нас, разулыбался, спросил:

–  Чем могу?

–  Пообедать бы нам, - сказала Маша.

–  Барышня, так ничего проще нет, - совсем расплылся в улыбке хозяин.
–  Борщ у меня есть, жаркое из свинины, морс брусничный и клюквенный. Это могу сразу подавать. Если чего другого хотите - придется подождать: не готовили.

–  И это нормально, - сказал я.
–  А жаркое с чем?

–  Ну с чем у нас может быть?
–  даже удивился хозяин.
–  С картошкой, грибами да луком.

Действительно, ни с чем другим и быть не может. Местная публика вообще удивляется, если ты пытаешься заказать что-то помимо того, что у них в меню имеется. Чудаком тебя полагают, если не сказать хуже. Мясо есть, картошка есть - какого рожна тебе еще надо?

–  Тогда все подавайте. И борщ, и жаркое. И морс.

–  Водочки-с? Настоечек каких?

–  Нет, водочки не надо, - с сожалением вздохнул я.
–  Ехать еще. Пиво есть?

По пустынной дороге руль крутить можно и пьяному, ничего страшного, но вот случись вроде драки что - стрелять придется. А стрелять под градусом, когда тебя, скажем, сожрать решили, - распоследнее дело.

–  Есть, но только царицынское темное осталось, - ответил хозяин.
–  Нового не завезли, по последним проблемам нашим.

–  Это каким проблемам?
–  удивился я.
–  Война вроде до вас не дошла…

–  Война не дошла, - согласился трактирщик.
–  А тварь какая-то дошла. Жрет, понимаешь, людей по ночам, прямо в домах. А как в последний раз у Петраковых на постоялом дворе купца Чухонцева разорвали с приказчиком, так и вообще никто не едет.

–  Погоди… - поразился я.
–  Прямо в селе жрет? И не один раз?

–  Пятерых уже, - вздохнул тот.
–  И это за две недели. Видели жандармов? Все из-за этого.

–  Да ну ладно… И до сих пор не поняли, кто это?

Так действительно не бывает. Даже если в селе завелся вампир или оборотень, при настоящих поисках его все равно найдут. Ну раз нападет, ну два. А потом или поймают, или бежать придется. Это правило. Село небольшое, все у всех на виду. К тому же здесь парочка неплохих колдунов имеется, хоть звезд с неба и не хватают. Сделать амулет, чтобы нечисть или нежить засечь, большого труда не надо. Трудно делать такие «радары», как Васька делает, чтобы искать на расстоянии, а чтобы встать самому на площади и следить за проходящими - недоучка справится. Отсюда и истина: вся нечисть, что живет среди людей и от людей питается, стягивается в большие города, где затеряться можно. А тут как затеряешься, где каждый с каждым знаком и половина - родня?

Если было больше трех атак, то мы имеем дело со случаем исключительным. Народ здесь жизнью тертый, если уж не справляется с бедой, то пахнет не вампиром и не оборотнем, а чем-то… хм, даже предполагать пока не хочется. Редким и плохим пахнет.

–  А скажи, любезный… - спросил я кабатчика.
–  Кто у вас поимкой твари сейчас командует?

–  Староста. Бирюков Сергий.

–  Староста, говоришь… - задумался я.
–  А где его найти можно?

–  А что, хотите в облаве поучаствовать?
–  вопросом на вопрос ответил трактирщик.