– Мелисанда! – воскликнул Рендал, крепко сжимая ее руку. – Вы волшебница.

– Ах, если бы у меня действительно были колдовские силы, и я могла бы использовать свои чары, чтобы, к примеру, превращать людей в свиней. Кажется, Цирцея умела так делать? Нет, я не хотела бы превращать людей в свиней. Не переношу свиней.

– Но вы могла бы превратить их в нечто иное.

– Да, я предпочла бы сделать что-либо более осмысленное.

– Вы могли бы сделать человека, за которого вас хотели выдать замуж, таким, чтобы он вам понравился.

А что это были за люди, которые принуждали вас к браку? Ваши опекуны, наверное?

– Да, у меня был опекун.

– Вы мне не доверяете? Как жаль! Клянусь, все, что вы мне скажете, останется строго между нами.

– Я верю вам, но не стану говорить, кто мой отец. Я решила никому этого не открывать. Я теперь знаю, что он хороший человек и много для меня сделал, и только его положение мешает ему признать меня своей дочерью.

Некоторое время Рендал не произносил ни слова. Потом взял Мелисанду за руку и сказал:

– Вы не должны думать, что я просто любопытен.

– Я этого и не думаю. Впрочем, я и сама любопытна. Мне всегда хочется побольше узнать о людях, которых я встречаю, тем более о вас.

– Но ваше прошлое полно очарования, а мое так не интересно, обыденно. В моем происхождении нет ничего загадочного. Я вам уже говорил, что рано осиротел, жил у тетки с дядей, занятых собственной семьей. Это совсем не интересно.

– Жизнь всегда интересна, – возразила Мелисанда. – Все, что мы делаем, имеет продолжение и влияет на поступки других. Подумайте об этом. Мой отец встретился с матерью в таком же вот парке… совсем случайно, и благодаря этому я сижу сейчас здесь с вами. А между этими двумя событиями определенные люди совершали определенные поступки, и каждый из них является фрагментом одной большой картины.

– Мелисанда, вы выйдете за меня замуж? – неожиданно спросил Рендал.

Девушка оторопела от удивления. Она понимала, что он ею увлечен, но замужество ее не интересовало, поэтому она не позволяла себе об этом думать.

Теперь, однако, она поняла, что еще не свободна от кошмаров. Мысль о замужестве пугала ее. Стоило начать об этом думать, как тут же обуревали воспоминания: о Леоне, у которого была постыдная тайна; об Эндрю Беддоузе, с его меркантильными планами, и о Ферморе – хоть тот и не помышлял на ней жениться.

– Я не собираюсь выходить замуж… по крайней мере, теперь, – сказала она. – Это трудно объяснить, и может показаться, что я неблагодарна. Это не так. Вы мне нравитесь. Я никогда не забуду, как вы были ко мне добры во время той злополучной игры в вист. Но… так много всего произошло. Я совсем недавно изменила привычное течение жизни, чтобы избежать брака. Понимаете, я думала, что тот человек меня любит, а оказалось, что его интересовало только приданое, которое обещал дать за мной отец. Я не могла перенести такого корыстолюбия, такого двуличия. Я зареклась думать о замужестве…

– Вы извините мне бестактность?

– Какая же это бестактность? Это доброта.

– Могу я повторить когда-нибудь мое предложение?

– А вы снова вернетесь к нему? – улыбнулась Мелисанда.

– Буду делать вам предложение снова и снова, пока вы не согласитесь. Вы ведь когда-нибудь это сделаете, правда?

– Будь я уверена, согласилась бы сегодня же. Но как быть уверенной? Мне кажется, со мной слишком много всего произошло, причем за короткое время. Сначала монастырь, где каждый день был похож на последующий и предыдущий… потом он приехал за мной… мой отец… и все изменилось. С тех пор прошло всего два года, но происшествий хватило бы на целую жизнь. Вот почему я нахожусь в некоторой растерянности. Слишком много событий за короткий срок.

– И вам хочется передохнуть. Я прекрасно это понимаю. Мелисанда, доверьтесь мне, положитесь на меня. Если эта ужасная старуха снова станет вас тиранить – уходите из ее дома. Идите прямо ко мне.

– Благодарю, я начинаю чувствовать себя спокойной и уверенной. Однако который час?

Рендал достал часы, и она, посмотрев на циферблат, в ужасе воскликнула:

– Я опоздала!

– Ну и что?

– Меня могут уволить прямо сейчас.

– Теперь это уже не трагедия.

– Но я все еще не уверена.

– Тогда пойдемте. Если поспешим, то вы не слишком задержитесь. А когда вы согласитесь выйти за меня, мы очень скромно отпразднуем свадьбу, потому что таково ваше желание. Я хочу, чтобы вы были вполне уверены.

– Вижу, вы меня понимаете, – сказала Мелисанда, – и я вам очень благодарна.

Он взял ее под руку, они быстро пересекли парк, и вышли на улицу.

Прислушиваясь к цокоту лошадиных копыт, когда экипаж вез их к дому Лавендеров, Мелисанда думала, что это один из самых знаменательных дней в ее жизни.