Бедняга, видимо, представил себе эту сцену в красках, ибо побледнел так, что стал одного цвета с белоснежной формой.

– Все-все, я пошутил. – Я поднял руки, показывая, мол, сдаюсь. – И мне придется в этом целый день париться? – спросил я теперь уже своего продюсера.

– Ну, это было бы, конечно, идеально, не в гражданском же вам выступать.

– Лиро, – обратился я вновь к своему ординарцу. – Ты кроме этого ничего не притащил?

Не моргнув глазом, Лиро отрапортовал, как на плацу.

– Штурмовой комплект, рейдовый комплект, выходная форма, фотохромный комбинезон…

Я почесал за ухом и распорядился:

– Давай выходную.

Пока я переодевался, Аддахи поинтересовался у моего адъютанта, действительно ли он притащил такую кучу барахла лишь потому, что вдруг что-нибудь из этого может мне пригодиться. Получив утвердительный ответ, он воскликнул:

– Мальчик, да тебе же цены нет! – И, понизив голос до шепота, добавил: – Если тебе когда-нибудь понадобится работа, то у меня всегда найдется место.

Стоя перед огромным, во весь рост, зеркалом и рассматривая свое отражение, я внезапно вспомнил, как полгода назад так же рассматривал себя, стоя в клозете подземной базы. Правда, тогда медалей и орденов было значительно меньше. Да и погоны пожиже. Я подмигнул самому себе, а точнее, своему предшественнику. «Ну что, парень? Не посрамил я твою шкурку?» Ладно. Поправив берет и кобуру, я вернулся в холл.

Непривычные к виду парадной формы парни повскакивали с мест и замерли по стойке смирно.

– Вольно, ребята. Не на параде. – Как хорошо быть генералом.

– Ну, что? Пошли? – спросил я.

– Да, время, – согласился Аддахи, и мы направились к лифту, ведущему в конференц-зал.

Народу в зале было не продохнуть. На столе, вопреки моим ожиданиям, было только четыре микрофона в ряд и букет шикарных бледно-желтых геххаи, по запаху чем-то похожих на наши розы, а по виду на лилии.

После короткого представления всем присутствующим и полного перечисления всех моих титулов посыпались вопросы.

– В чем секрет твоих военных успехов?

– Мои успехи – это мои солдаты.

– Это не твои солдаты – это солдаты Императора.

– Там, где мои успехи – это мои солдаты, а там, где успехи Империи – Императора.

– Почему у тебя так много каторжников?

– С позволения Императорского прокурора я дал этим людям еще один шанс. И они им воспользовались.

– Ты не считаешь, что стоило набрать элитную часть из дворян? – спросил молодой голос из угла зала.

– Когда я формировал свое подразделение, оно вовсе не было элитным. Тогда мы были просто командой смертников. Но, видимо, даже для смерти мы оказались слишком плохи.

В зале раздался смех.

– Но теперь, когда ты можешь набирать лучших из лучших, не стоит ли обратить свой взор на молодых дворян? – не унимался все тот же голос.

– Я считаю, таких подразделений должно быть много. Война длинная, и славы хватит на всех. Поэтому у каждого офицера есть возможность превратить своих солдат в образцовых. Это лишь вопрос времени и собственных навыков. И вовсе не происхождения.

– Правда ли то, что ты голыми руками убил полную хетту «танцующих»?

– Правда.

– Как тебе это удалось?

Я улыбнулся.

– Диета и здоровый образ жизни. – Снова смех в зале.

– Как ты отнесся к тому, что жрицы назвали тебя Бикху?

– Нормально.

– Ты действительно чувствуешь себя богом?

– Разумеется, нет.

– Твои солдаты еще не отдают тебе почестей, как Богу?

– Каждый, кому придет в голову такая мысль, будет чистить солдатские нужники, пока не вылечится.

– Ты уже выбрал спутниц для праздника Трех Лун?

– Да.

– Кто это?

– Секрет, – сказал я и добавил: – Скажу только, это был самый трудный выбор в моей жизни, поскольку все без исключения женщины, приславшие мне приглашения, были просто ослепительны.

Мой нехитрый комплимент был встречен дружными аплодисментами женской части зала. Встал высокий и пожилой журналист с ярко-оранжевой карточкой информационного агентства «Полюс».

– Мы видели, что произошло возле храма Бикху, когда ты так оригинально расправился с Ини Асор. Скажи, как тебе это удалось.