Шрифт:
Адди подошла ближе.
– С кем же ты дрался? – спросила Адди, уже подозревая, что он ответит «с Таусендом».
Адди вспомнилась угроза Глена Таусенда:
«У МЕНЯ ЕСТЬ, ЧТО РАССКАЗАТЬ ЛЮДЯМ О ВАС… И НЕМАЛО… А ТЕПЕРЬ УБИРАЙТЕСЬ…» Адди почувствовала легкий озноб. «Но почему все так случилось?» – спросила она себя шепотом.
Уилл держался молодцом, когда Адди спросила:
– Что же Глен такого про меня сказал? Я имею полное право все знать!
Глаза Уилла стали холодными как лед, когда он наконец ответил:
– Он, мерзавец, распространял о тебе слухи, мол, когда ты приезжала на ранчо, то занималась там не только уроками. Я подумал, что Глену следовало бы извиниться.
За потрясением, которое испытывала Адди, последовало приятное чувство гордости за него.
– Ты дрался за мою честь? – все еще не веря, спросила Адди.
Уилл только пожал плечами, словно подтверждая то, что именно это он и сделал, но не хотел бы обращать на это особое внимание. Адди подошла к Уиллу. Она приложила к окровавленному месту кусок марли.
– Ты знаешь, что не должен был это делать…
– Знаю, – ответил Уилл.
– Драка в церкви… Теперь пойдут разговоры. Что все подумают? – строгим голосом она отчитывала Уилла.
– Подумают, что я не позволяю говорить вздорные вещи о своей жене. И меня поймут, одобрят к тому же мое поведение.
Адди почувствовала какое-то беспокоящее волнение внизу живота. Она посмотрела с любовью на Уилла и сказала:
– Представляешь, мне позволят продолжить учительствовать!
– Я рад. Ты заслужила такое счастье… «ЭТО ТЫ СДЕЛАЛ МЕНЯ СЧАСТЛИВОЙ», – хотела она сказать, но промолчала. По крайней мере, сейчас она не могла этого сказать, так как все еще не была уверена, что он ее поймет.
Глава 26
Сидя за рабочей конторкой, Дорис все время ожидала сигнала прибытия экипажа из Буаз-Си-ти. В эту среду она припозднилась, а нерасторопность, особенно когда дело касалось ее прямых обязанностей в качестве хоумстэдской почтмейстерши, Дорис ненавидела. Ей еще ни разу не пришлось встречать экипаж без того, чтобы мешок с почтой был у нее в руках и окончательно подготовлен к отправке. И она не собиралась делать из сегодняшнего дня исключение. Среда у нее всегда была самым занятым днем недели. Множество народа приносило на почту свои письма по утрам именно в среду. Большинство из них задерживалось у конторки, чтобы поболтать:
мужчины – о погоде и видах на урожай, женщины-о мужьях и детях. И Дорис доставляло удовольствие на них всех смотреть. Но в это утро ее друзья и соседи, казалось, сговорились поболтать дольше обычного. И все разговоры вертелись вокруг одного и того же предмета – драки между Уиллом Райдэром и Гленом Таусендом. Несмотря на то, что она произошла четыре дня назад, она все еще волновала обитателей Хоумстэда.
– Слава богу, что меня там не было, – дрожащим голосом сказала Зои Поттер, наблюдавшая за тем, как Дорис сортирует почту. – Позор, какой же позор!
Дорис согласно кивнула. Она то знала, что Зои была из тех, кто последнее отдала бы, лишь бы увидеть своими глазами, как два мужика лупили друг друга посреди божьего храма. В конце концов, подобные события происходили в этом городе ~так редко, и Зои чувствовала себя обделенной, что ей так и не удалось увидеть все собственными глазами. Миссис Поттер наклонилась, понизив голос сказала:
– Как вы думаете, есть хоть какая-то доля правды в том, что говорил Таусенд?
– Зои Поттер! – воскликнула Дорис, бросив письма на конторку и тем самым не дав договорить женщине. – Я вам удивляюсь. Задавать подобные вопросы! Это всего лишь гнусная сплетня, и вы прекрасно знаете…
У Зои хватило совести покраснеть.
– В конце концов, – проговорила Дорис, опять возвращаясь к сортировке писем, – стоит только посмотреть на того, кто эту сплетню распространял!
Если миссис Поттер и собиралась что-то добавить, то все забыла. В город с шумом въехал долгожданный экипаж, который остановился около здания почты. Хотя нужно сказать, что в этом же здании, где была почта, размещался и каретный двор. Дорис положила последние письма в мешок с почтой и вынесла его из-за конторки. Затем она накинула на себя пальто и открыла на улицу дверь.
Дождь, по-осеннему холодный и грустный, лил со свинцового неба. Он уже успел превратить пустынные улицы Хоумстэда в море грязи, и не в было похоже, что в ближайшее время погода переменится к лучшему.
– День добрый, миссис Мак Леод! – приветствовал ее спрыгнувший с экипажа возница.
– Здравствуйте, мистер Ридли! – ответила Дорис.
Вода стекала потоком с широких полей шляпы Ридли прямо на его макинтош.
– Похоже, боженька там открыл какую-то бездну. Уж год я такого дождя не видал. – И словно в подтверждение своих слов он тряхнул своим промокшим до нитки макинтошем, после чего открыл дверцу экипажа. – А я вам привез пассажира.