Шрифт:
– Ты должна везти уголь в Хартпул, а не в Ньюкасл.
– Землемер сказал, что будет легче идти этим путем. Не придется пересекать земли, которыми владеют члены «Гранд альянса». Я не думаю, что они это позволят.
Карта упала на кровать. Данте смотрел на Флер, чувствуя, что ошеломлен гораздо сильнее, чем хотел в том признаться.
Она спроектировала это самостоятельно. Она разглядела потенциальные возможности и заплатила за прокладку маршрута этой железной дороги.
Она не только школу собиралась финансировать. У нее была большая цель.
–Я полагаю, что ты отнесешься к этому неодобрительно. Многие люди не благоволят к железным дорогам. И считают их вредными. Однако они никуда не денутся от них.
– Как долго ты занимаешься этим?
– Два года. Я думала об этом раньше, а когда земля перешла ко мне после смерти матери, я стала планировать. Вначале это была просто игра, я хотела оценить, имеет ли эта идея какие-то перспективы.
– Совершенно сама? И никто вообще не помогал?
– Поначалу я прибегла к советам.
– Сиддела?
– Нет, не мистера Сиддела. Мистер Герни ответил мне на несколько вопросов. Он брат миссис Фрай, и…
– Квакер Герни? Финансист? Он твой тайный консультант? Он поддерживает все это?
– Он дал мне несколько советов. Поначалу. Ему достаточно одной дороги. Тем не менее он смог подсказать мне, какая прибыль может быть получена.
Огромная прибыль, если все сработает. Колоссальный ущерб в случае провала. Данте не были известны детали, но он знал, что линия Стоктон – Дарлингтон, в которую он вложил капитал, обошлась в сто тысяч фунтов стерлингов. А длина запланированной Флер буквы Y намного, даже очень намного больше.
– Ты права, Флер. Если бы ты принесла мне это на подпись, я потребовал бы массу объяснений. Я не могу подписать бумаги, пока с ними не разберусь.
Флер села на кровать и отрешенным взглядом посмотрела на карту.
– Я объясню тебе все, Данте, но думаю, что вряд ли теперь буду просить тебя подписать. Я сделала одну очень серьезную ошибку.
– Сиддел.
–Да.
– Каким образом он оказался втянут в это дело?
– Я знала о его способности образовывать партнерские группы инвесторов. Поэтому, когда он пришел ко мне, предложив купить любой участок земли, который я хотела бы продать, – а он слышал о моих недавних планах, – я решила возобновить наше знакомство, чтобы затем осуществить свой план. Сейчас я пытаюсь понять, знал ли он о других людях, у которых есть аналогичные планы и которые хотели бы купить мою землю.
– Думаю, что скорее всего он сначала разговаривал с тобой по поручению Фартингстоуна. Не могу сказать, есть ли у Фартингстоуна собственный план постройки железной дороги или же он просто не хочет, чтобы здесь была школа.
Флер принялась сворачивать чертежи.
– Я тоже задавала себе вопрос, не по просьбе ли Грегори он обратился ко мне. Мне очень хотелось бы знать, действует ли он в союзе с Грегори.
– Уверен в этом, Флер. Я только что имел беседу с Фартингстоуном. Он знает о нашем соглашении. Знает, что ты уверена в том, что способна осуществить свои планы без моего одобрения и что я согласен поставить свою подпись.
Флер не шевельнулась. Не посмотрела на Данте.
– Ты была вынуждена сказать об этом Сидделу, после того как мы поженились. Иначе его усилия, связанные с железной дорогой, были бы пустой тратой времени.
– Мы оба жили разной жизнью, Данте. Тебе не нужно было менять ее после нашей женитьбы. – Она взглянула на него. – Тем не менее я сожалею об этом. Мне было очень трудно утаивать это от тебя, хотя я и имела на то право. Я очень хотела поделиться идеей с тобой как с моим другом, потому что это было очень важно для меня.
Он понял даже больше, чем желал. Она хотела посоветоваться с ним, а вместо этого взяла в консультанты Хью Сиддела. Участие Сиддела в проекте и сотрудничество Флер с ним началось задолго до той ночи в коттедже. И тем не менее это его задело.
Ревность была неразумна и несправедлива. Данте это понимал. Но это было еще одним поводом для того, чтобы не любить Сиддела.
– Я хочу исключить Сиддела из проекта, Флер. Ты можешь это сделать?
– Он поставил меня перед невероятной дилеммой. Когда я просила его найти инвесторов, я подчеркнула, что необходимо соблюдать секретность. Но я никак не ожидала, что он будет все держать в тайне от меня. Он отказывается назвать имена инвесторов, хотя и говорит, что дело близко к завершению. Я стала беспокоиться, опасаясь, что он водит меня за нос, а сам ведет переговоры с возможными инвесторами, чтобы разработать другой маршрут. В этом случае я потеряю преимущество и ничего не смогу сделать.
Данте повел пальцем по северной части карты.
– Если он водит за нос, то вполне возможно, что он вообще хочет помешать строительству дороги. Ради Грегори или кого-то еще. Новые шахты станут производить уголь, который составит конкуренцию северному. Если порт Хартпул вырастет благодаря перевозкам угля, он станет конкурировать с Ньюкаслом. Наверняка есть влиятельные люди, которых это не радует.
– Ты думаешь, Сиддел сказал им об этом?
– Я знаю, что он поддерживает связь с человеком, который связан с семейством – членом «Гранд альянса». Однако, что бы он ни сделал, это не имеет значения. Сиддел должен быть отстранен. Ты это понимаешь?