Сирена шлепнула его по руке, сердито сверкнув глазами.

– Может, и нет, но моя судьба будет немногим луч­ше, если я приму твое предложение. Я выйду замуж по любви, а не в поисках защиты.

Трейгер закатил глаза к потолку и нахмурился, заметив паука, опутавшего муху. «Ну чем не моя судьба, – с отвращением подумал он. – Связавшись с Сиреной, я обрек себя на бесконечные хлопоты».

– Не исключено, что ты не доживешь до осуществле­ния своих эксцентричных мечтаний. – Трейгер бросил на нее уничтожающий взгляд. – Вначале ты утверждала, что поедешь со мной только в качестве жены. А теперь, когда я сделал тебе предложение, заявляешь, что не выйдешь замуж, потому что не любишь меня. Я хочу, чтобы ты наконец решила, чего от меня ждешь.

– Я не говорила, что не люблю тебя, – поправила его Сирена и тут же прикусила губу, сожалея о своей несдер­жанности.

– Возможно ли, что ты умудрилась влюбиться в меня, Сирена? – поинтересовался он.

Сирена повернулась к нему спиной:

– Конечно, нет.

Хриплый смешок заверил ее в скептическом отношении Трейгера к столь решительному протесту.

– Неужели ты считаешь, что влюбиться в меня – такая уж отвратительная участь? – Он обнял желанную строптивицу и прижался к ее спине своей твердой, как стена, грудью.

– Да, считаю, – упрямо заявила Сирена, противясь разливавшемуся по жилам возбуждению и безуспешно пытаясь отвести его руки. – У тебя полно недостатков, Трейгер. Мне необходима верность, а ты даже не понима­ешь значения этого слова.

– Ты могла бы меня научить, – прошептал Он у самого уха, отчего у нее по коже побежали мурашки. – С такой наставницей, как ты, у меня есть шанс добиться выдающихся успехов.

Трейгер явно дразнил ее, а Сирена не одобряла шуток в подобных вопросах. Он издевался над самим институтом брака.

– Научно доказано, что старого пса не научишь но­вым трюкам, – высокомерно бросила она.

– Старого пса? – Трейгер вздрогнул и отпустил ее, крайне раздосадованный ударением на слове «старый». – Тебя послушать, так я трясущийся старик, который еле пере­двигает ноги, опираясь на трость. – Черты его окаменели, темные брови вытянулись в ровную линию над стальными глазами. – Думаю, ты ошиблась в призвании, колдунья. Тебе надо было стать хирургом – так ловко ты препарируешь мужчин, орудуя скальпелем, который почему-то называешь языком.

Сирена расцвела в улыбке, вызвав у Трейгера еще боль­шее раздражение своим довольным видом. Отступив на шаг, она задумчиво потерла подбородок, окидывая его кри­тическим взглядом.

– Ты, конечно, не развалина, но юношей тебя не на­зовешь.

Трейгер выпятил грудь, словно надувшаяся жаба, и бросил на нее гневный взгляд.

– Последнее, что тебе нужно, так это неуклюжий школьник, который прельстится твоими чарами, не подо­зревая о вероломстве, кроющемся за ними. Ты так запудришь бедняге мозги, что не успеет он и глазом моргнуть, как окажется у тебя под каблуком!

– Во мне нет и капли деспотизма! – яростно возра­зила она.

Трейгер насмешливо фыркнул и смерил ее взглядом, который стоил тысячи слов, причем ни одно из них не было хвалебным.

– Вот как? А разве не по этой причине вы с Брендоном разорвали помолвку? Не могли решить, кто из вас будет носить штаны. Ты чуть не раздела его до исподнего в присутствии старших офицеров.

Сирена была возмущена его оскорбительным тоном и отреагировала со свойственной ей импульсивностью. Одна­ко она не успела залепить пощечину: Трейгер перехватил ее руку.

– Ты определенно нуждаешься в мужчине, который будет держать тебя в узде, – заявил он и, заведя ей руку за спину, притянул Сирену к себе, наглядно продемонстри­ровав свою силу и ее беспомощность. – Скотт для этого не годится. Он требовал от тебя подчинения, но он не тот мужчина, которого ты станешь уважать.

– А ты, полагаю, тот! – вскинулась Сирена, взбе­шенная силовыми приемами, которые Трейгер пустил в ход, и его самодовольной ухмылкой.

– Разве ты не смотришь на меня снизу вверх? – безжалостно дразнил он.

– Только потому, что я ниже ростом, – буркнула девушка не без горечи, из которой явствовало, насколько она недовольна подобной несправедливостью.

– Признайся же, плутовка. – Его голос стал мягче, насмешливые нотки исчезли. – Ты влюблена. Иначе не стала бы соблазнять меня той ночью в бухте.

– Ничуть, – непримиримо заявила Сирена, боясь сказать правду. – Я хотела получить удовольствие, тут ты и подвернулся. Появись там кто-нибудь другой, я отда­лась бы ему с той же легкостью. Несмотря на все твое самомнение, ты не единственный мужчина, способный воз­будить меня.