Она снова легла, уставившись в лепной потолок. Прошлым вечером они с сестрами пришли к неутешительному выводу, что из Дугласа Фаррела и Лауры Делла Лука не получится супружеской пары, так что .за неимением другой кандидатуры вчерашний маленький эпизод не должен отразиться на планах брачного агентства. Честити самодовольно улыбнулась. Не такой уж маленький, если принять во внимание ее ощущения. В свое время потеря девственности не стала для нее потрясением. Она не испытала ни особой боли, ни удовольствия – ничего такого, о чем стоило вспоминать. Но прошлая ночь...

Честити томно потянулась, подавив смешок. Дуглас все еще спал... или делал вид, поскольку его руки пришли в движение. Она не шевелилась, сдерживая дыхание, пока его пальцы крались по ее животу. Почувствовав, как что-то твердое уперлось в ее бедро, она улыбнулась еще шире и медленно повернулась на бок, лицом к нему.

Глаза Дугласа еще оставались закрытыми, но все остальное полностью пробудилось. Он положил ладонь на ее бедро, притянул его к себе и скользнул в ее лоно. Они двигались в полной гармонии, без ослепительных вспышек и фейерверков, которые пережили ночью, в более простой, но бесконечно нежной мелодии. Честити ощутила глубокое разочарование, когда он вышел из нее за мгновение до того, как они достигли вершины, но волна наслаждения уже захлестнула ее, и чувство потери быстро забылось.

– Доброе утро. – Дуглас заключил ее в объятия и прижался губами к ее волосам.

– Доброе утро. – Честити замерла, услышав, как повернулась дверная ручка.

Дуглас застыл рядом, обратившись в каменное изваяние.

– Чес? – раздался голос Констанс. – Мы же обещали встретиться с Гидеоном и Максом. Уже без пяти восемь.

– Ах да, – растерялась Честити. – Извини, я совсем забыла. Я присоединюсь к вам через десять минут.

– А почему дверь заперта? – поинтересовалась Пруденс, снова подергав за ручку.

– Разве? – спросила Честити, не зная, что ответить. Последовало краткое молчание, потом тихий обмен репликами, затем снова послышался голос Констанс;

– Доброе утро, доктор Фаррел.

– Счастливого Рождества, доктор Фаррел, – добавила Пруденс не менее любезным тоном.

Дуглас не ответил. Он лежал на спине, прикрыв глаза рукой.

– Я спущусь через десять минут, – повторила Честити.

– О, можешь не торопиться. – В голосе Констанс явственно прозвучал смех. – Ничего не случится, если мы подождем, пока... В общем, не торопись.

– Конечно-конечно, – подтвердила Пруденс. – Не торопись.

Из-за двери донесся звук удаляющихся шагов. Честити залилась смехом, упав на подушки. Дуглас убрал руку с глаз и сел на постели.

– Господи, помоги мне, – с чувством произнес он. – Господи, помоги любому мужчине, который имел несчастье свести более чем шапочное знакомство с сестрицами Дункан.

– Фи, как грубо, – скривилась Честити. Он энергично замотал головой:

– Ничуть. Одного только не могу понять: откуда проистекает такое возмутительное легкомыслие? Ваш отец производит впечатление вполне нормального человека. – Он снова покачал головой. – Наверное, во всем виновата ваша мать.

Честити схватила подушку и стукнула его.

– А, ты хочешь поиграть, да? – воскликнул он, смеясь. – Должен предупредить вас, мисс Дункан, что, схватившись со мной врукопашную, вы совершаете роковую ошибку. Я укладывал на обе лопатки мужчин втрое больше тебя.

– Неужели? – Честити вылезла из постели с подушкой в руках. – – Позвольте предупредить вас, доктор Фаррел, что я никогда не проигрывала схватку подушками.

Она стояла обнаженная, расставив ноги, с зажатой в руках подушкой, с развевающимися рыжими кудрями и золотистым пламенем в ореховых глазах.

– Осмелюсь предположить, что ты никогда не училась в школе-интернате, – схватил свою подушку Дуглас. – Если тебе приходилось сражаться только со своими сестрами, ты очень скоро убедишься, что имеешь дело с мастером. – Он вскочил с кровати и запустил в нее подушкой.

Честити отбивалась как могла, но у нее не оставалось ни единого шанса, и наконец, тяжело дыша, она повалилась на постель. Дуглас навис сверху, поймав ее руки и удерживая их у нее над головой.

– Ты такой здоровенный, – пожаловалась она. – Мог бы дать мне поблажку.

– Вот уж не ожидал, что одна из сестер Дункан станет требовать поблажку, – ухмыльнулся Дуглас, чмокнув ее в кончик носа.

– Все зависит от предмета спора. – Честити попыталась сохранить достоинство, но безуспешно, и добавила чуть ли не со стоном: – Дуглас, дорогой, мне нужно спуститься вниз, и посмотри, что ты здесь устроил.

– Я? – возмутился он. – Ничего я не устраивал. Ты первая бросила мне перчатку.

Она улыбнулась и попыталась высвободить свои плененные руки.

– Пожалуй. Но мне действительно нужно идти, а я не могу спуститься вниз в таком виде.