Ким хотел сказать, что тоже будет рад, если жизнь больше никогда не сведет его с Почетным консулом Фонда Созидания, но сдержался. Фигура Проктора пошла светлыми пятнами. Канал отключился. Еще через секунду в центре мастерской осталась только легкая дымка. Марс молча поднялся с дивана. Вместо прощания он вяло взмахнул рукой.

Задумавшись, Ким зашел на территорию базы с другой стороны от жилого блока. База разрасталась на глазах. Сначала они расширились, чтобы поселить группу археологов Фонда. Теперь пора думать о том, где разместить Тембаса Чопа. А скоро посмотреть на Храмы Оракула захотят всевозможные эксперты, контролеры и прочая любознательная публика, так что на старой базе вообще станет тесно. Придется переносить ее на другое место - поближе к Храмам. Казалось бы, такие мысли должны доставлять Киму удовольствие. Всегда приятно видеть, как твоя идея воплощается в жизнь. Но Киму отчего-то становилось грустно.

–  Каждая суверенная единичность, испытывая бесконечность воздействий извне, сохраняет себя только тогда, когда уравновешивает собой эту бесконечность, - пробормотал он.
– До тех пор, пока конечное образование равно бесконечности, пока умеет отождествляться с нею и ограничивать себя от нее - оно существует…

–  Простите, мастер… Ким поднял глаза.

–  Э-э… здравствуйте!
– Ким не заметил, как натолкнулся на молодого археолога. Нужно быть впредь осторожнее.
– Вы что-то хотели, Кифер?

–  Кифус, - смущенно поправил археолог.
– Мы вас потеряли, мастер Ким. Мастер Эва волнуется.

–  Потеряли?
– задумчиво переспросил Ким.
– Значит, теперь нашли. Так ей и передайте. Кстати, а почему вы не на объекте, Кифус?

–  Я остался на базе, чтобы закончить отчет. Мы хотели подготовить его к приезду Тембаса Чопа, а он должен появиться уже завтра, если помните.

–  Да-да, конечно, отчет… это важно. Идите, Кифус, идите, я и сам доберусь. Меня никто не украдет. Внутри силового ограждения мы в полной безопасности.

–  А снаружи есть опасность?
– полюбопытствовал археолог.

–  Не знаю. Вообще-то, на планете крупные формы хищников не зафиксированы.

–  Для чего же защита? Если нет опасности, вполне хватило бы биоблокады.

–  Подстраховаться никогда не мешает, - сказал Ким.
– А вы что, пытались прогуляться по окрестностям, Кифус? Не нужно было этого делать. Я ведь каждого предупреждал, что самовольный выход за пределы базы запрещен.

–  Но вы-то свободно проходите через систему защиты.

–  Мне можно. Датчики так настроены.
– Ким сочувственно улыбнулся.
– Что, сильно вам досталось?

–  Да уж!
– Археолог потер ладонью лоб.
– Два дня потом к ограждению не приближался…

За разговором археолог целенаправленно вывел Кима прямо на Эву, а потом куда-то исчез, будто его и не было.

–  Где ты был, Ким?
– Плохое настроение Эвы отражалось у нее на лице.

–  Хотел побыть в одиночестве. Мне лучше думается, когда никто не мелькает перед глазами…

–  Интересно бы узнать, о чем именно тебе хорошо думается в одиночестве?

–  О разном. Например, о том, почему пространство-время связано с любым произвольно выбранным началом координат и, прежде всего, с телом самоотсчета, с самоорганизующейся целостностью, которая является ее специфической мерностью, содержащей в этой целостности бесконечность…

–  Бесконечность?
– Эва эхом повторила последнее слово.
– Не понимаю…

–  Я и сам не понимаю, - печально сознался Ким и попытался проскочить мимо Эвы. Но она раскусила его маневр и быстро перекрыла проход.

–  Ким, в последнее время ты либо молчишь, либо разговариваешь сам с собой. Даже когда ты говоришь с нами, все равно разговариваешь только с собой. И нас это очень волнует.

–  Нас - это кого?
– осторожно уточнил Ким.

–  Твоего брата и меня.

Ким примирительно поднял руки ладонями вверх, но промолчал.

–  Я хочу понять, что вообще происходит с тобой, с нами, с этой планетой. Я спрашиваю у Тора - он молчит. Ты меня избегаешь. Только не отрицай, я же вижу… - Эва сморщила свой миниатюрный носик.
– Ты считаешь, что между мной и твоим братом не может быть ничего общего, и поэтому ненавидишь меня, да? Ну, давай мы это обсудим. И что с того, что он чел, а я натуралка. Разве это критично? Почему ты не хочешь со мной поговорить?

–  А разве сейчас мы не разговариваем?
– Ким демонстративно огляделся по сторонам.
– Мне кажется, здесь больше никого нет - только ты и я.

Эва бросила на Кима печальный взгляд и молча уступила ему дорогу. Ким пожал плечами и скрылся в своей части жилого блока. Сначала он настроил входную группу, чтобы никто не мог его случайно побеспокоить, потом активировал любимый лежак. Полевая структура приняла Кима в свои мягкие объятья. Он поворочался. Несколько раз медленно вдохнул и выдохнул. Долго копившееся напряжение начинало отпускать.