Когда я уже уехала, он позвонил опять. Танюшка взяла трубку. Вот тогда он и сказал, что передумал, что ему достаточно половины суммы, но эту сумму надо положить в спичечный коробок, положить туда же свинцовый шарик и выбросить коробок с балкона. — Как я поняла, преступник позаботился о том, чтобы коробок не унесло ветром. С воображением, во всяком случае, у него полный порядок. Но пока я не стала перебивать Веру Петровну внезапно возникшим вопросом. — Тане рекомендовано было выйти на балкон, опустить через загородку руку, насколько возможно дальше, выбросить коробок строго вниз, а не в сторону. После чего она должна была удалиться в глубь комнаты и не подходить к окну. Она так и сделала.

Значит, преступник не был на сто процентов уверен, что Гавриловы не обратились в милицию. Значит, с информацией у него тоже не всегда был полный порядок, и он решил пустить защитников правопорядка на тот случай, если они задействованы, по заведомо ложному следу, сбить с толку. Что ж, видимо, прокол с Маркеловыми его кое-чему научил.

Так что даже в том случае, если бы Вера Петровна сообщила в милицию, то милиция вместе с ней кинулась бы в поселок Березино и уехала бы оттуда ни с чем. А преступник, спокойно подобрав спичечный коробок, исчез бы в вечернем тумане. Сии домыслы я и поведала сомневающейся в своей правоте Вере Петровне.

— Может, оно и так, — кивнула женщина, вновь промокнув лившиеся из глаз слезы, — а я все себя казню.

— И совершенно напрасно. Прошлого не воротишь. Вы все сделали правильно. Вы мне вот еще что скажите: когда Таня разговаривала с преступником по телефону, она не могла случайно выглянуть в окно? Ведь телефон у вас, как я смотрю, на кухне и довольно близко к нему.

— Она ничего не видела. Там, по ее словам, никого не было, — горестно покачала головой женщина. — Никого, как Таня сказала.

Раздался длинный и нетерпеливый звонок в дверь.

— Олежка, наверное, из школы вернулся.

В прихожей появился вихрастый мальчишка лет десяти от роду. Он не вошел, а ворвался, как штормовой ветер:

— Мамк, я так жрать хочу! У меня сейчас желудок в узел свяжется. О-ой, не могу!

— Ну, хватит дурачиться, — сквозь слезы улыбнулась женщина. — Иди на кухню, там супчик на плите теплый.

Юный отрок, расшвыряв ботинки по углам, ринулся в комнату, оставив дверь открытой. Закинув пакет с книжками на кровать, он принялся переодеваться в домашнюю одежду. При этом одежда снятая, парящая в разных направлениях, тоже никак не могла найти себе достойного пристанища и падала совершенно где попало.

Мне пришло на ум, что, если этого беззаботного товарища запустить в комнату без мебели и с совершенно голыми стенами, то он и там сумел бы навести беспорядок. Я такой бурной деятельности, порождающей отрицательные результаты, еще не видела в своей жизни. Прямо смерч какой-то, честное слово!

Раскрытая теперь дверь в комнату обнажила его родные пенаты, где все было вверх дном.

— Татьяна Александровна, — смутилась Вера Петровна, — вы уж простите. Я обычно специально закрываю дверь, чтобы люди не видели, что творится в комнате. Стыдно, честное слово.

Я беспечно махнула рукой:

— Не обращайте внимания.

Вера Петровна поднялась с дивана и пошла за сыном, наверное, дать какие-то указания, я же машинально двинулась следом за ней.

— А Таня тоже в этой комнате жила?

Вопрос, собственно говоря, был лишним, я это и так поняла, поскольку там стояло две кровати.

На рабочем столе теперь уже единственного в семье ребенка царил невообразимый хаос: какие-то конденсаторы, микросхемы, платы, стреляные гильзы, фигурки из киндерсюрпризов, сломанные наушники. И тут же свинцовые шарики.

Они-то и напомнили мне о вопросе, который я хотела задать и до сих пор еще не задала.

— А что это за шарики?

— А это грузила. Мы с Генкой на рыбалку собирались, — весело заявил пацан. — Правда, давно уже, но так и не собрались. Но, наверное, когда-нибудь все-таки соберемся.

— Ой, Татьяна Александровна, дочка его всегда за беспорядок ругала, уж сколько она этих шариков повыбрасывала.

— А у меня их много. Все выбросить никому не удастся, — усмехнулся мальчишка.

Я осторожно выспросила, кто бы мог эти самые шарики видеть. Ведь если преступник указал в качестве противовеса именно свинцовые шарики, значит, он знал, что такие в данной квартире имеются.

Вот поди попробуй в моей вылизанной до неприличия квартире найти свинцовые шарики! Даже если желающему их обнаружить будет грозить немедленная смерть, все равно это не удастся. У меня нет свинцовых шариков, просто нет. И все тут.

Так вот оказалось, что увидеть эти пресловутые шарики мог или любой, или некто, в зависимости от того, была ли открыта в какой-то из моментов дверь комнаты. Вот так все мило и просто или, наоборот, невероятно сложно.

Мужчины практически в доме не бывали. Правда, у Веры Петровны был друг. Но он уехал полтора месяца назад во Владивосток продавать квартиру своих родителей и до сих пор еще не вернулся.