— Ну, тогда Бог тебе в помощь, Серёга. Эх жаль, что ты скоро уезжаешь, а то бы я тоже научился у тебя такому кун-фу.

Самсон от ужаса побелел и взмолился:

— Я всё расскажу, только не бэйте мине. Я напишу, чито мой дядя дэнги украл у гасударства. Миного дэнег украл.

Виктор пристально посмотрел на Сергея и попросил его:

— Слушай, Серёга, я хотя и не в ОБХСС работаю, а этого горбатого урода, его дядю, с удовольствием бы закрыл. Пусть уж и он напишет явку с повинной? Даже если ему не дадут вышку, всё равно блатные его за малолетку на зоне опустят.

Сергей равнодушно пожал плечами и Виктор вручил и ему с десяток листов бумаги. Пока два насильника, свирепо косясь друг на друга, строчили свои чистосердечные признания, старший следователь переходил от одного к другому и время от времени требовал, чтобы те подробно писали, как они убивали парня и девушку. На это ушло часа четыре с половиной. Когда Виктор был полностью удовлетворён написанным, он заковал их в наручники, загрузил Самсона в багажник, а Беса в салон «Зима» и они поехали в Пятигорск. Сергей поставил «Волгу» возле здания прокуратуры, протёр руль носовым платком и вышел, не забыв стереть отпечатки своих пальцев с ручек. Он крепко пожал руку Виктору и тот повёл Беса в прокуратуру, а Сергей отошел в сторонку и решил посмотреть, что в итоге у них получилось. Через несколько минут из дверей прокуратуры вывалила целая толпа народа, чтобы посмотреть на то, как жестокого убийцу и насильника будут вытаскивать из багажника. Только теперь Самсон понял, что его ждёт в самом ближайшем будущем и выл, как белуга.

Сергей улыбнулся и пошел ловить такси. Вечером, когда уже пришел с работы Дмитрий Иванович, ему позвонил Виктор и поинтересовался не нужен ли он ему. Сергей отнял от уха трубку и спросил у своего тестя:

— Батя, нам помощник нужен? Отличный и очень надёжный парень. Я за него полностью ручаюсь.

Полковник Романов ответил:

— Не помешает, если он умеет держать язык за зубами.

Сергей ответил Виктору.

— Витёк, подъезжай, мы тебя ждём. Заодно возьмёшь у меня то, что я тебе пообещал и поужинаешь с нами.

Когда Виктор приехал, они сразу же сели смотреть видеофильм и он сам увидел весь тот атомный кошмар, который пережил Сергей. После этого они все долго молчали, пока старший следователь не вышел из оцепенения и не сказал:

— Серёга, я не знаю как ты это сделаешь, но этого ни в коем случае не должно произойти. Дмитрий Иванович, вы понимаете, что Сергею будет очень трудно работать одному. Когда вы перейдёте границу, а я вас лично буду провожать, то сразу же после этого полечу в Москву и поговорю со своим дядей. Он близко знает Юрия Владимировича и я обязательно объясню ему всё. Не думаю, что в вашем ведомстве этого не поймут.

Сергей улыбнулся, достал из кофра второй ноутбук, на этот раз обыкновенный и сказал, показывая его Виктору:

— Ты ему это не только расскажешь, но и покажешь.

Дмитрий Иванович глухо кашлянул в кулак и спросил:

— Хорошо, сынок, а теперь расскажи мне, как ты собираешься перебраться в Западную Германию и почему именно в неё, ведь это враждебная нам страна? Да, и воевали мы с фашистами.

Сергей натянуто улыбнулся и ответил:

— Батя, почти половина наших зарубежных поставщиков, это немецкие компании. Немецким я владею довольно неплохо, хотя английский знаю на порядок лучше, но самое главное, что с немцами я точно договорюсь. У меня там очень много друзей. Правда, многие из них сейчас ходят в школу, а некоторые и вовсе не родились, но человек пятнадцать банкиров и промышленников уже сейчас занимают очень высокие посты. Я буду выдавать себя за американца немецкого происхождения, который влюбился в Советском Союзе в дочь полковника КГБ и уговорил свою невесту и её родителей уехать с ним в Германию. Я сдам немецким спецслужбам нескольких агентов ЦРУ, работающих против Германии, хотя она и входит в НАТО, а также пару баз террористов и они предоставят нам политическое убежище, так что тебе не придётся предавать родину. Как это сделать, мне уже подсказали специалисты по Западной Германии. Ну, а до неё мы можем добраться тремя путями, через Мурманск или через Калининград морем, или через Аджарию, улетим на самолёте в Турцию. Этот вариант мне нравится больше всего потому, что, во-первых, в Турции у нас есть гораздо больше шансов вообще не обращаться ни к каким властям. Ну, а, во-вторых, у меня есть пакет, опечатанный сургучом, а в нём приказ за подписью Андропова на имя заместителя начальника УКГБ Батуми, в котором ему предписывается обеспечить наш переход через границу любым доступным способом не привлекая к операции погранцов. Немецкие паспорта и другие документы у меня тоже есть и мы можем просто взять, вылететь из Стамбула в Египет, а потом перебраться на Кипр, где как следует загорим и хорошенько изучим там немецкий язык. После этого мы вылетим в Йоханнесбург и вернёмся уже оттуда в Германию под видом одной семьи, которая бесследно исчезла в ЮАР в конце прошлого года, но об этом станет известно только в семьдесят восьмом году. Тогда ты станешь чудаковатым зоологом-любителем, круглым сиротой, кстати, мама домохозяйкой, я вашим сыном-балбесом, болеющим сахарным диабетом, а Юля моей южноафриканской невестой, в которую я влюбился только потому, что она была так похожа на мою любимую мамочку. Мы поехали в Африку ещё в шестьдесят пятом только потому, что кто-то сказал вам, что там колдуны из какого-то племени могут исцелить меня от диабета.

Дмитрий Иванович улыбнулся и спросил:

— Ну и почему бы нам не лететь в ЮАР прямо из Стамбула, сынок? Так ведь будет гораздо проще.

— Ага, проще, как же! — Воскликнул Сергей и быстро объяснил — Батя, то что у меня оба этих кожаных гроба забиты компьютерными комплектующими, это ещё куда ни шло. Это буры ещё как-нибудь перенесут, но вот то, что у меня лежит там бриллиантов чистейшей воды почти на два миллиарда долларов, их точно заставит вопить, как резаных. Зато Кипр это оффшорная зона и я могу запросто ввезти туда хоть целый вагон бриллиантов и ни один банкир от этого даже не крякнет.

Виктор, которому Сергей уже сунул в руки пакет с деньгами, тотчас забеспокоился:

— Серёга, так вам же там доллары будут нужны там намного нужнее, чем мне здесь.

Сергей замахал руками и воскликнул:

— Забудь, Витёк! Я ещё в Каире сброшу пару камешков одному моему знакомому ювелиру и с бабками у нас всё сразу же станет в полном порядке. К тому же у меня есть ещё лимон баксов. Для комфортного путешествия по Турции нам этого хватит с избытком. Мы приземлимся вблизи дороги между городами Мерзифон и Чорум, выйдём из самолёта доберёмся до дороги, доедем до Чорума и купим себе там машину. Американцев, тем более агентов ЦРУ, турецкие полицейские боятся, как огня и уже через двадцать часов мы будем в Стамбуле. Ну, а турки будут потом чесать репу, откуда это на их голову посреди ночи свалился русский самолёт, да, только мы уже будем далеко. Маршрут я изучил хорошо и даже если нам не повезёт и я собьюсь с него, мы ведь будем лететь на высоте метров в пятьдесят, не больше, сначала вдоль берега моря и затем уже направимся вглубь Турции, то нас никто не заметит. Так низко радары воздушные цели не берут, а турки это ещё те балбесы. Самое сложное это будет угнать самолёт, но я думаю, что полковник Чиквадзе нам поможет. Только знаешь, Витёк, ты нам нужен только здесь. Доставишь нас в аэропорт, а потом, как только пройдёт трое суток, как ты получишь от нас письмо, поедешь в Москву и расскажешь обо всём своему дяде. Ну, что, батя, как тебе мой план?

Дмитрий Иванович улыбнулся и сказал:

— Ну, относительно самолёта я и сам прекрасно справлюсь, хотя приказ за подписью самого Андропова серьёзная штука, Серёжа, но вот как ты полетишь ночью, это для меня большая загадка. Самолёт «Ан-2» не приспособлен для ночных полётов.

Сергей встал, достал из рюкзака два прибора ночного видения американского производства и объяснил:

— Батя, это новейшие приборы ночного видения и в них ночью видно даже лучше, чем днём. Изображение будет очень чётким и контрастным, так что в четыре глаза мы с тобой даже иголку увидим в стогу сена.