Тьма!

Ещё стоят восемь эльфов — охранники. Их лица Мариоль не знакомы, что и не удивляет. На родине госпожа посол обращала внимание только на потомков благородных кровей. Четверо из этих эльфов охраняют троих человеческих подростков. Ещё один — парень, также стоит рядом с теневым волком. Поведение Линдэталя дает понять, что это и есть тот самый Хранитель.

Уже после хвалебной речи представителя Дома Зимней Бури эльфийка замечает ещё одного участника. Он пытается скрыться в густой тени, куда не достает свет полыхающих свечей. Капюшон плотно сдвинут, и нет возможности разглядеть лицо неизвестного. Но Мариоль и не нужно знать, как он выглядит. События, произошедшие в библиотеке, достаточно свежи в её памяти, чтобы сопоставить некоторые детали и сделать правильные выводы…

…А дальше — страх…

— Госпожа, простите меня, вы пришли в себя?

Эльфийка неохотно оторвалась от воспоминаний. Беспокойный и участливый голос, принадлежащий человеку, требовал ответа. То, что Мариоль чувствовала себя в относительно приемлемом состоянии, а также вежливость нарушителя её спокойствия, свидетельствовали: в данный момент эльфийка больше не являлась пленницей врагов. И уж если сейчас она находится не у друзей, то у союзников — это точно.

— Госпожа посол, вы меня слышите?

И точно, открыв глаза, Мариоль увидела перед собой немолодую женщину, одежда которой свидетельствовала о принадлежности этой дамы к правоохранительным органам.

— Я вас прекрасно слышу, — грубо отозвалась эльфийка, — совсем не обязательно повышать на меня голос.

Её ответ был резким, но, судя по всему, стоящая перед ней женщина, привыкла к подобному обращению со стороны эльфов, и ей хватило профессионализма не огрызнуться в ответ. Служащая лишь вежливо произнесла:

— Вы себя хорошо чувствуете?

Провокационный вопрос. Каким образом Мариоль может хорошо себя чувствовать после того, что тут случилось? Именно это госпожа посол и не поленилась высказать вслух, на что и получила удивлённый ответ:

— Хотелось бы знать, что именно довело ваш организм до подобного состояния. Что… что случилось?

Теперь эльфийка едва удержалась от смешка.

Ну-ну, господа следователи, неплохая попытка. Только Мариоль на подобные детские уловки купить сложно. Человеческим хитростям ой как далеко до интриг эльфийского Двора. Решили вытянуть из неё информацию, пока госпожа посол ещё не отошла от шока? Нет уж, дорогие мои, так не пойдёт…

— Какую вы занимаете должность?

Милая улыбка и добродушный взгляд человеческой женщины вмиг исчезли. Теперь её вид говорил: "Ну, да, попалась. Но попробовать-то стоило же".

— Главная врачевательница я, при отделе Борьбы с Запретной Магией, — ответила та и представилась: — Велси зовут.

Мариоль ещё раз посмотрела на свою наблюдательницу, чтобы утвердиться во мнении, что эта дама не просто интересовалась здоровьем пациентки…

— Госпожа Велси, пользуясь правом, указанным в пункте третьем статьи сорок второй "О неприкосновенности" Межрасового Договора Эльфийских Домов и Амфии, заявляю, что, до приезда уполномоченного лица из своего Дома, не отвечу ни на один ваш вопрос. Более того, требую немедленно встречи с Главным, а до тех пор оповестите охрану, чтобы более никого сюда не впускали. Иначе — вы ознакомлены с Договором, вам известно, какие будут последствия.

Врачевательница кивнула:

— Хорошо, я постараюсь найти кого-нибудь из…

— Не "кого-нибудь из…", — перебила эльфийка, — а Эрика Лоуна.

— Но он…

— Никаких «но», я жду.

Велси поспешила покинуть комнату.

Спорить с эльфами себе дороже, последствия могут оказаться фатальными. Что-что, а Дома жестоко поступали с теми, кто имел неосторожность навлечь на себя их гнев. А для этого достаточно было даже не проявить должного уважения к любому из эльфов: будь то хоть посол, хоть серийный убийца.

Теперь, после официального заявления о своих правах, эльфийка была уверена, что никто не посмеет её побеспокоить, а когда появится Лоун, он ей и расскажет, что это такое творится вокруг.

В какой-то момент Мариоль показалось, что она не очень хорошо поступила с Велси, женщина всё-таки помогла ей относительно восстановить силы. Но глупая мысль исчезла после того, как эльфийка себе напомнила, что врачевательница — всего лишь человек. А люди ну совершенно не входили у госпожи посла в разряд тех рас, чувства которых хоть сколько-нибудь стоят её внимания. Они жалки, жадны, глупы, недолговечны и совершенно не интересны. Вот Дэшэролл ещё как-то выделялся среди прочих. Он был необычным…

"Из него вышел бы неплохой эльф, — с грустью подумала эльфийка".

Маг совершенно не вписывался в созданные эльфами стереотипы людей. Допустим, по поводу того же Лоуна Мариоль представляла, как заставить его совершить тот или иной поступок. А вот в отношении Дэшэролла у неё не было подобной уверенности: на этого молодого человека невозможно хоть как-то воздействовать. К тому же он был любопытным собеседником. И всё было бы прекрасно, только беловолосый маг абсолютно не обращал внимания на красоту своей напарницы. Это раздражало и тем самым ещё больше заставляло эльфийку интересоваться этим странным человеком.