– Что ж, нет причины не слушать тебя. Отправлюсь на север. Мне, в общем-то, все равно, - Слепец нагнулся и с трудом подцепил с пола бокал, у которого была отбита ножка. Стоило ему взглянуть на Мездоса, тот все понял, и бокал беззвучно наполнился до краев золотистым вином. Сам волшебник вынул наконец руки из зеленого сияния и направился к Слепцу.

– Вот это поможет тебе, - он протянул Слепцу небольшой кирпичик, на первый взгляд, сделанный из очень прозрачного, синеватого стекла. С торцов его свисали странные штуки, больше всего походившие на струйки воды, застывшие в воздухе.

– Стеклянные бусы?
– ухмыльнулся Слепец.

– Талисман воды, - серьезно ответил Мездос. Видя, что его собеседник не торопится принять дар, он сначала нахмурился, а потом взметнул вверх брови, вспомнив что-то, изменившее его мнение. Осторожно положив Талисман на край стола, волшебник ухватился за "водяные струйки" и, повесив прозрачный кирпичик на грудь Слепца, соединил их на шее, как будто застегнув какое-нибудь ожерелье. Прохладная, щекочущая полоска, едва коснувшись кожи, нагрелась. Слепец наклонил голову до тех пор, пока подбородок не уперся в грудь, и рассмотрел Талисман. Казалось, с плеч по груди бежали две тоненькие мокрые дорожки, вливающиеся в прямоугольный сосуд, наполненный чистейшей, только что добытой из растопленного горного льда, водой. Слепец осторожно дотронулся до него ладонью: поверхность оказалась упругой, холодной. Когда он отвел руку в сторону, то увидел, что на коже осталось несколько крошечных капелек. Судя по всему, волшебник дал ему не забавный сосуд, а принявшую строгую форму и не собиравшуюся растекаться воду. Уж конечно, это была не обычная водичка из ручья…

– С огнем должна бороться вода, поэтому ты должен научиться повелевать ею, - торжественно заявил Мездос, когда посчитал, что Слепец вдоволь налюбовался новой игрушкой.
– Талисман сам по себе не даст тебе знаний и особых умений, он просто подчинит воду твоим желаниям. Тебе придется выучиться правильно формулировать их. Придется самостоятельно разузнать, какими возможностями обладает эта маленькая штучка. К сожалению, у нас нет времени на обучение… Ты не можешь здесь оставаться. Сын Джона Торби… часть Джона Торби должна справиться с этой задачей.

– Значит, ты открыл мне глаза, подарил магический амулет, и отправил топать дальше!
– Слепец скептически ухмыльнулся.
– Мне казалось, что ты желаешь моей победы больше всего на свете, однако нельзя сказать, что помощь твоя очень уж велика!

– Ты поймешь ее величину позже, друг мой. Как тебе нельзя задерживаться в моем Замке, я сам не могу отправиться с тобой! Я нужен здесь. Огромные полчища чудовищ выходят из-за Края мира каждый день, и если все они станут добираться до людей, никакие армии не смогут их остановить. К тому же, я просто боюсь представить, насколько ужасны повреждения, нанесенные моим владениям только что произошедшим катаклизмом. Все, что я мог, я уже тебе дал. Ну, разве что, еще летун… Он доставит тебя так далеко, как только сможет.

– А вот это?
– горько скривился Слепец, ухватив на крюк и покачав перед своей грудью Талисманом.
– Ты подарил мне мощное оружие, но не научил им пользоваться! Какой в нем прок в таком случае! Умру ли я безоружный, или вооруженный до зубов…

– Отбрось сомнения! Ищи, и обретешь! Внутри твоего разума, может быть, очень глубоко, спрятаны ответы на все вопросы, какие только способен измыслить человек. Ты должен найти все там… Теперь, позволь мне проститься с тобой. Я уже чувствую, что сотня неотложных дел требует моего вмешательства, - Мездос со страдальческим выражением на лице потер щеки.
– Ступай, помощники снабдят тебя всем необходимым и отправят в дорогу. Когда только я буду способен, приду на помощь. До свидания!

– Подожди!
– воскликнул Слепец, пораженный внезапным воспоминанием.
– Есть ведь еще одно важное дело, с которым я шел к тебе.

– Какое?
– нахмурился Мездос. Кажется, он ожидал новых неприятностей.

– Я хочу попросить, чтобы ты забрал у Халлиги тот дар, которым отблагодарил за свое спасение, или что там она для тебя сделала.

– Зачем?
– теперь Мездос искренне удивился, и его сведенные к переносице брови взлетели кверху.

– Ты ведь зовешься всевидящим и всезнающим, - вздохнул Слепец, снова невесело усмехаясь.
– Неужели от тебя укрылось, что она несчастна именно из-за этого дара?

– Но она сама не хотела, чтобы я еще раз вмешивался в ее судьбу!
– в голосе волшебника появились новые нотки. Отчаяние, боль, давно забытое и вдруг вернувшееся страдание?
– Я не смел пойти против ее просьбы, понимаешь? К тому же, не надо равнять меня с Джоном Торби во всеведении. Я не могу знать о судьбе каждого из живущих на этом берегу.

– Мне казалось, что Халлига для тебя не "каждый живущий", а кое-кто особенный.

– Может быть, - плечи Мездоса бессильно опустились.
– Однако, она отвергла меня, предпочтя какому-то обычному человеку. Я тоже постарался вычеркнуть воспоминания об этой женщине из своей жизни. И что же с ней сталось?

– Твой подарок принес ей много страданий. Она теперь очень несчастлива. Не знаю, вернет ли способность стареть счастье этой бедняжке? Халлига просила сделать ее обычной женщиной, подвластной годам.

– Хорошо, - на сером лице Мездоса мелькнула едва заметная улыбка.
– А я, тем временем, уверился - тебе не безразличны судьбы мира и населяющих его вымышленных персонажей. Ты не стал бы просить за Халлигу, коли считал бы ее простой выдумкой. Я сделаю, как ты просишь - немного позже. А теперь до свидания. Больше нет забытых просьб?