Похороны Сократа Ивановича проходили на специальном кладбище, где хоронили различных военачальников и государственных деятелей. Я подъехала туда к самому началу траурных мероприятий. Свою машину оставила на платной стоянке за два квартала, минут двадцать прогулялась пешком. Поначалу суровые ребята в штатском не хотели пускать меня на территорию, но тут весьма вовремя появился полковник Губанов.

Генерала Прохорова хоронили в закрытом гробу. Речи были короткими и лаконичными, в сторону близких родственников генерала я старалась не смотреть. Как это ни цинично прозвучит, но основная цель моего визита на кладбище – не столько почтить память Сократа Ивановича, сколько встретиться с Губановым, Кириковым и топ-менеджером Пироговым. Пока произносились прощальные речи, все трое стояли рядом со мной.

– Ну что, Евгения Федоровна, – первым заговорил со мной Губанов, как только могилу стали забрасывать землей солдатики из комендантской службы ФСБ, – вам, видимо, есть что нам сказать?

Я неопределенно пожала плечами, после чего мы втроем проследовали в бронированный джип полковника. Окна у него затененные, мотор мощностью не уступает легендарным «ЗИЛам» и «Чайкам», а внутри обстановка вполне светская, имелся даже небольшой бар. Разумеется, не рядом с водительским местом. От прослушки такой джип защищен на все сто, колебания со стекол не снимешь никаким прибором, даже это глушить научились.

– Мы слушаем вас, Евгения, – начал разговор майор Кириков, несколько опередив начальника.

– А я вас, – глядя в глубоко посаженные глаза Пограничника, отозвалась я.

Больше всего в жизни терпеть не могу начальственный тон всяких там, мягко выражаясь, младших командиров. Впрочем, доклад этих товарищей меня не очень интересует. Департамент контрразведки занимается отработкой версии с иностранными разведками, отрабатывает сомнительных лиц из посольств Англии, США, Китая, Израиля, некоторых арабских государств. Прокуратура ведет следствие, милиция на подхвате. Все работают, все ищут, результат написан на выжидающих лицах сидящих передо мною чинов спецслужбы.

– Вам, кажется, нужна была лошадка-пони? – спросил меня полковник Губанов.

Что ж, ничего удивительного, первый заместитель должен быть в курсе всего, чем озабочен начальник.

– Да, мне нужна именно такая лошадка, – отвечаю я.

– Лошадка-пони вам будет, но... – полковник выдержал выразительную паузу. – По-моему, у вас сейчас не очень много времени, чтобы заниматься лошадками.

– Ничего, как-нибудь справлюсь.

Некоторое время мы все четверо сидим молча. Полковник сохраняет подчеркнутую невозмутимость, Антон Пирогов скромно ждет своей очереди, поправляет запотевшие очки, Пограничник Кириков с трудом сдерживает раздражение. Казарменным людям не просто смириться с моей манерой поведения.

– Ну что ж, – я обвожу пристальным взглядом всех трех, – ситуация сложилась следующим образом...

И тут я четко, ничего не скрывая и не утаивая, рассказываю господам офицерам обо всех событиях, происшедших со мной в последние дни. Но в самом конце добавляю следующее:

– Самое интересное, что след оказался ложным. Ни Ольга, ни Сергей Шорников не представляют никакого оперативного интереса. А их зачем-то пытались убить. Оба абсолютно не в курсе дела. Информации – ноль.

– Так уж и ноль? – переспросил Антон Пирогов.

– Можете мне поверить!

– И где они сейчас?

Этот вопрос задал полковник Губанов.

– Они в безопасности, – отвечаю я.

– Хотите сказать, что мы не обеспечиваем свидетелям безопасность? – вступает в разговор Пограничник Кириков.

– Во-первых, они никакие не свидетели, – качаю головой я. – А во-вторых... Вам, майор, должно быть понятно, что я имею «во-вторых», при юноше не хочется произносить матерные слова...

Я киваю в сторону Антона, и у того тут же запотевают очки.

– До недавнего времени я шла по ложному следу, меня при этом пытались убить, как и тех случайных людей, с которыми я общалась, – подвела итог я. – Но сегодня ночью мне удалось выйти на новый след, короче, вышла на одного интересного разговорчивого человека... Об остальном доложу не раньше сегодняшнего вечера.

Выведу, теперь уж точно выведу из-под удара блондинку и подполковника. Стрельба прекратится... Но лишь на какое-то время.

– А всю ли правду вы нам говорите? – спрашивает, чуть ли не зубами скрипя, Кириков.

– Представьте себе – всю! – отвечаю ему не моргнув глазом.

– И что за «новый след»?

Это уже вопрос от Губанова. Что ж, он начальство, ему по службе положено интересоваться.

– Сократ Иванович никогда не задавал мне лишних вопросов, – при этих словах мне захотелось закинуть ногу на ногу и пустить в лица присутствующих по струе сигаретного дыма.

Хотя сигареты я курю лишь для камуфляжа и излишнее хамство тоже не в моем характере. Но напомнить о том, на каких условиях я работаю со спецслужбой, сейчас самое время.