– Неизвестный агрессор, назовите себя, – спокойно сказал Зерно, включив рацию. Бой, однако не прервался. "Баймурза" Зерна дозарядилась на две трети, стрелять уже можно, но киберштурман никак не мог поймать напавшего на ось огня, пилот там сидел ого-го, воин…

Расстояние между Зерном и Хонэдой не сокращалось. Коротко маневрируя, корабли соблюдали оптическую и больше не стреляли. Так старые мастера часами ходят по паркету, словно бы не обращая друг на друга никакого внимания, выбирая миг фатального удара… Можно даже поговорить, представиться. Рация Зерна ожила.

– Я "Улитка", назовите себя.

– Я Малиновое Зерно, юконец.

– Ах, вот в чем дело, – сказал с сожалением Хонэда. – Чертовски жаль, господин Зерно, но я вынужден был вас побеспокоить. Однако же и рад, что не оскорбил юконского почтальона предварительными переговорами и дал ему возможность показать всю свою великолепную доблесть. Я польщен знакомством. Немногие могли бы похвастаться тем, что чисто отразили три из шести моих ракет. Благодарю вас. Вы готовы продолжать?

– Готов, к вашим услугам, – сказал Зерно и выключил рацию.

Во время разговора Збышек достиг на руках и животе пульта киберштурмана. Выдвинул из-под консоли кресло, взобрался в него, пристегнулся на полную тягу и перевел дыхание. Салфетку он изжевал и в какой-то момент нечувствительно проглотил.

– Зерно, я могу помочь, – предложил он.

Зерно думал.

– Я не знаю, кто такой Улитка и что ему надо, – сказал Зерно. – Я вижу воина, вижу смерть. Он подбил мой корабль. Ход потерян. В надриман он не даст нам стартовать. Что может сказать Какалов?

– Я не знаю никаких Улиток, – в свою очередь сказал Збышек. – Сказать ничего не могу. Могу помочь.

– Так, как Какалов сбил "Бисмарка"?

– Да, Зерно. Так, как я сбил "Бисмарка".

– Ты великий хакер, – сказал Зерно. – Но это подло.

– Да, согласен, Зерно. "Бисмарка" я сбил подло. Никто на "Бисмарке" не способен был мне противостоять в киберспейсе. Но и шаттл, которым мы ушли с планеты, не способен был противостоять "Бисмарку" в римане, согласись. А выйти им на дистанцию поражения ничего не стоило. Всегда кто-то сильнее. Тебя ударили сейчас исподтишка. Мне сдается, что это достаточный аргумент.

– Это достаточный аргумент. Но все же Зерно вынужден сказать Какалову, что Зерно жалеет о нашем соглашении. Я взял аванс, и мы составили договор, что я доставлю тебя по адресу как посылку, но теперь – Зерно жалеет. Я могу потерять корабль. Это большой убыток для Юкона.

– То есть, что-то меняется?

– Нет. Зерно взял аванс. Я просто сказал слова.

– Тогда я иду вниз и уничтожаю противника.

– Да. Почта должна быть доставлена. Честью ли, бесчестьем. Я тоже не убийца, я тоже не хотел убивать людей на планете. Но – почта должна быть доставлена. А мир может погибнуть.

Правый присосок транслятора уже сидел у Збышека на виске, он возился с левым. Действие было самым привычным у Збышека, но что-то ему мешало… липкое всасывающее ощущение на невыбритом виске чуть ли не впервые в жизни не доставляло удовольствия. "Бисмарка" и микропогодку Збышек уничтожил с текст-программера, некогда было трансформироваться в киберспейс, да и в горячке побега все происходило, кровь фон Марца еще высыхала на лице и руках… Присосок встал на место, транслятор автоматически включил индикаторную панель и Збышек закрыл глаза. Среда, установленная в трансляторе "Китового Уса" была Збышеку хорошо знакома, "Обувной Магазин", хотя он предпочитал более поздние ее версии, – но переинсталлировать среду было, конечно, некогда, и так сойдет. В коробке панели задач над мембраной сетевого порта Збышек примерил хлопчатобумажные музейные тапочки-лыжи, разрешил транслятору сохранение среды каждые тридцать миллисекунд, преодолел порт и повис в распределителе. Телепанельку ситуации "наверху" он оставил в своем правом глазу. Неведомый Улитка снова нанес удар, Зерно с трудом отвел флагмана ракетной пары, но ведомая ракета-таки опробовала правую силовую "лыжу" почтовика на сгиб и на излом; со сгибом все оказалось в порядке, а вот излом ракете удался. Поспешай, пшек, сказал себе Збышек, ускоряя темп среды до привычного максимума и обретая привычную свободу ориентации в киберспейсе. Эх, не так мечталось вернуться Збышеку в Меганет, не так! Модель Галактики развесистой цветной клюквой вспыхнула перед глазами, и Збышек пошел щелкать ногтем, укрупняя сектора, – до точки боя он добрался в течении каких-то микросекунд, и тут его ждали.

В ареале боя было настроено кем-то отдельное от Меганета операционное поле, незнакомой Збышеку конфигурации, но явно произведенное от японского "чайного садика"; частная территория, но воротца внутрь были гостеприимно распахнуты. Операционке было всего несколько минут от роду, темные массивы почтовика и агрессора ограничивали "садик" с юга и с запада.

Збышек превратился в шар, вырастил усики и осторожно подкрался к воротцам. Ни одной ловушки; за бумажным плетнем, увешанным фонариками – пустая травянистая полянка. Ранний вечер, сквознячок. И очень быстрая среда.

Дуэль в киберспейсе – гораздо более зрелищная штука. Несть числа боевым полям, от боксерского ринга до межгалактических просторов; также можно играть в карты на самоубийство противника. Очень хороша перестрелка в лабиринтах. Надо только не позабыть выключить предохранители, позволяющие поверженному пользователю оживать бесконечно. Меганет – апофеоз демократии – допускает необратимое стирание матрицы пользователя, правда, до соответствующего предохранителя добраться непросто, не каждому под силу; Какалов и Хонэда необходимым умением обладали. Конечно, дуэлянт может непрерывно сохраняться, если у него под рукой достаточно жесткой памяти и машина скоростная, но каждое сохранение – это серьезная задержка реакции и признак трусости; подловить оппонента в момент сохранения и "осалить" – задачка вполне школьная, ведь "паузы" в бою нет.