– Несколько вопросов - и живи. С кем и где ты был позавчера ночью. Ну?
– вспомнив о теле девушки, он ткнул Прохора в жирное плечо. Тот дернулся, но промолчал. Боится, - понял Макс. Мои угрозы не такие страшные. А реально пытать он не смог. Он откинул переноску, вновь уселся на табуретку и тут вспомнил сюжет из того же фильма.

– Сейчас начнет действовать - вслух констатировал он, поглядев на часы.
– Ведь я не случайно вернулся. То пиво помнишь? Сейчас оно начнет разъедать тебе внутренности. Это очень больно. Очень. Но если ты вовремя мне все расскажешь, я дам тебе противоядие.

– Блефуешь, щенок - просипел Прохор.

– Ну, что же, оно начинает пощипывать, да?
– Максим мысленно послал сотни тонких, словно игольные кончики, болевых лучиков по крови шефа. Тот, удивленно вытаращив глаза, прислушался к ощущениям и застонал.

– А теперь - жжение во всем организме - начал раздувать пожар в крови негодяя подросток. По перекосившейся физиономии бычилы было видно, что так оно и есть.

– И это жжение с каждым ударом сердца усиливается, правда? Говори, иначе сгоришь изнутри. Ведь скоро я просто ничего не смогу услышать кроме твоего рева. Ну?

– Пощади… Пощади… - завыл Прохор, действительно корчась от боли.

– С кем и где.

– На хазе.

– Адрес?

– Зеленая…а…а…а… девять.

– Кто?

– Знаю только Игната. Двое - с ним.

– Кто такой? Быстро!
– для большей сговорчивости Максим пустил в мозг собеседника волну боли по всем нервам.

– Игнат, это Василий Игнатенко. Он из водолазов. Смотрящий по области.

– Где искать?

– Где живет, - не знаю у…у…у… - пощади, - начал уже завывать Прохор.

– Где искать?
– повторил юноша.

– Он по спорту интересуется. Мне на ипподроме встречу назначал. Другим, как я знаю - на разных соревнованиях. Тотализатор держит.

– Где Москвич, кто владелец.

– Владелец не при делах. Я угнал, и я же вернул. Там же поставил.

– Почему Москвич?

– Чтобы села поспокойнее. Доверия больше.

– Адрес владельца?

– Московская 6, частный дом.

– И последнее - за что?

– Я не убивал!, - корчась и обливаясь потом завизжал Прохор. Спаси! Противоядие!

– Он?
– кивнул Макс в сторону вжавшегося в кресло Богдана.

– Не при делах. Никто из наших. Такое условие было Игната… Это они. Я только… Я даже не знал поначалу… Только машина… И подвезти предложил…

– Врешь! Твоя рожа все время мелькала…

– Ну, ну уколол ее. И все. Ну, видел, как они… ее… А когда потом - я не при делах… - уже рыдая тоненьким, совсем несоответствующим габаритом туши голоском, оправдывался он. Потом да, отвез. Выкинул… Там, где она рассказывала, ее друзья ждали. Но уже мертвую! Это они, они, они!
– забился в пыточном кресле Прохор.

– Вот как он Миколу то, - по своему понял происходящее Богдан. Как-то влил свою отраву и любовался, пока тот в петлю не влез. Лихо, ох лихо пацан работает! Но о чем они базарят, - думал он, теребя руками за спиной связавший их ремень. Связан он был очень неумело, что порождало некоторые надежды.

– Быстрее отвечай - морщась от захлебывающегося крика продолжал Максим, - кто и за что?

– Не знаю… Богом клянусь, не знаю. Такие дела - знать себе дороже. Но Игнат взболтнул - самому не угодила.

– Это кому? Ну? Последний ответ и избавление от боли. Ну?

– Червеню.

– Ну и молодец. А кто такой Червень?

– Не знаешь? Червеня, Червоного не знаешь? Ржавого не знаешь?

– Не знаю.

– Щенок… Господи, да противоядие же!!!

– Помучься, тебе полезно.- Макс пошел на кухню, налил стакан воды и принес уже просто кричащему Прохору.

– Вот. И сразу все пройдет - напоил он измученного шефа и пока тот глотал воду, освободил нервы от воображаемой боли.

Почувствовав неслыханное ранее облегчение, Прохор попробовал даже заулыбаться.

– Не соврал таки. Не дешевка. И на том спасибо - пропыхтел он, косясь на своего мучителя - спасителя.

– Давай теперь немного об этом, Ржавом, а?
– предложил новую тему для беседы.

– Не придется - встрял в разговор Бодя. Он в отсутствие Макса успел развязаться, и теперь стоял, прислонив ствол нагана вплотную к затылку подростка.

– Я не Микола, кишки выпускать не буду. Выпущу сразу мозги - пообещал он. Только пошевелись.

– Вяжи его, гада, Богдан. А лучше - пальни. Стой! Н-е-е-т. Теперь из него я душу достану.