– Ну как?- спросил он у попутчицы.
– Кто врет?

– Что это было?
– ошарашено спросила девушка.

– Ну, я же тебе сказал.

– Нет, что это было? Это они всегда так? Надо будет заснять, -шептала девушка, приходя в себя. Круто. Никогда бы не подумала! Ты часто видишь такое?

– Где там часто?
– начал врать Максим. Он представил толпу знакомых, снимающих ночью на видео фонарь, и хмыкнул.
– Это уж как повезет.

– Но ты сказал, в определенное время…

– Но не каждый же день! Только иногда. Очень редко. Нам просто повезло, - придумывал он оправдание на случай, если девушка действительно придет без него любоваться на хороводы майских жуков.

– Ты знаешь, с тобой очень интересно. Спасибо. До завтра. Ты же завтра на занятия идешь?

– Ну да, уже пора.

– Всё - всё. Вон там мои предки мелькают. Ищут. Разбежались до завтра, - метнулась к своему дому девушка.

Пожав плечами, ухажер тоже пошел домой. Бояться Татьяниных родителей было нечего - он ничего плохого не сделал. Но мама блюла дочку - примерную во всех отношениях девочку. Поэтому прогулка с ней после комендантского часа (после десяти часов вечера!), да еще за пределами городка, могла быть чревата. А может, и нет. Но проверять реакцию взрослых ему не хотелось, тем более, что в душе кто-то тепло и нежно играл на скрипке. Заснул Максим счастливым. Даже идиотские выходки с соловьями и насекомыми не показались ему чрезмерными. Он всего лишь проверил некоторые свои мысли и был довольно осторожен.
– "Осторожен!" Устроил цирк а потом навешал Таньке лапши на уши, - улыбаясь, возразил себе влюбленный юноша.

–Когда помашемся?
– поинтересовался первым делом Кот. Ссора была давняя и пустяковая. Возможно, Максим в своем сарказме был тогда и неправ. Но извиняться? Думалось - забудется. Не забылось.

– Послушай, - примирительным тоном начал Максим…

– Головка ослабла? Это мы слышали. А как насчет всего остального? Если что - ты не скрывай, мы этих, памперсов, живо прикупим.

Таким злым Макс не видел Котова давно. Что- то произошло. Какая- то новая злость, прямо ненависть какая- то.

– Ну, хорошо. Когда скажешь.

– На большой перемене.

– После уроков.

– А чего откладывать? Не успеешь за памперсами? Ну, мы зашлем кого-нибудь.

– Судя по карканью, махаться будем серьезно. Или хочешь, чтобы преподы нас растягивали?

– Думаю, я за перемену отправлю тебя отдыхать дальше. Ну да ладно. Ждал долго, подожду еще.

– Ждал. Чего же ты ждал? Надо было в больницу и зарулить. К лежачему. Ишь, осмелел сейчас. Ничего, кот помойный, получишь.

Они схватились за грудки и если бы не звонок, разборка началась бы немедленно. Оба петуха вернулись за свои парты, время от времени убивая противника взглядом.

– Здравствуйте, садитесь, - односложно поприветствовала вставших подростков учительница математики - "Стервоза" Ирина Сергеевна. Ее не любили ученики, и она платила им тем же. Еще довольно молодая и очень симпатичная, даже по меркам пятнадцатилетних максималистов, она казалась им черствым представителем преподавательского племени. Из тех, кого никогда не называли учителями и тем более, педагогами. Такие преподаватели сразу зачисляются в противники, и с ними с переменным успехом ведется упорная битва за незнания. Ни интереса, ни уважения, ни, тем более, - любви к своему предмету они привить не могут и не собираются. Они чувствуют отношение к ним ребят и рано или поздно отвечают им взаимностью - если не ненавистью, то упорной неприязнью. И особенно к тем, кого подсознательно невзлюбили. К таким, увы, относился и Максим Белый.

– Сегодня в порядке подготовки к экзаменам мы повторим с вами некоторые темы и порешаем наиболее сложные задачи, сообщила Ирина Сергеевна.
– Дежурный, кого нет?
– впервые оторвала голову от журнала математичка.

– О, Белый вернулся!- радостно воскликнула она.
– Наслышана, наслышана. И о тебе, и об отце.

– Причем здесь отец?
– вспыхнул Макс.

– К доске, Белый, к доске.

– Но Ирина Сергеевна, он сегодня первый день. Давайте уж я,- предложил себя в жертву Сергей.

– Ты, Огоньков свою пару успеешь получить. Сиди, борец за справедливость. Я же сказала - будем повторять. Вот такое повторение крайне полезно. Каждому. Ты сам как думаешь?
– обратилась она с риторическим вопросом к уже вышедшему к доске ученику.

– Не знаю, - пожал плечами подросток.
– Это, как таблицу умножения повторять. Полезно, но нудно.

– Ладно, не будем спорить. Посмотрим, что полезно и что нудно. Это кто там?
– обратилась она на хрюкающий звук. Это, предвкушая необычную забаву, фыркнула кое-что уже видевшая Татьяна.

– Итак, запишем условия задачи под номером… или нет.
– Она посмотрела на безмятежную жертву и, почувствовав какой-то подвох, изменила свои планы.

– Записывайте, а ты пока отойди, пожалуйста - и Стервоза, сверяясь с конспектом, вывела довольно длинное заковыристое уравнение.

– Приступим, - скомандовала экзекуторша. А ты, Белый, пожалуйста, решай у доски.

– Но так нечестно!
– взвилась сидевшая на передней парте Кнопка - самая младшая и самая маленькая из девчат, безнадежно и безответно влюбленная в Максима.
– Белый только пришел. Мы при нем месяц назад таких уравнений не решали.