И Соландер пошел. Пошел, пригнувшись, через узкую полоску тротуара, вниз по ступенькам, через уже открытую дверь… Прямо во мрак. Волна непередаваемой вони окатила Соландера. Он ощутил запах грязи, пота и протухшей пищи и еще чего-то такого, что он не мог, да и не желал распознавать. Когда глаза привыкли к темноте, он разглядел кучку грязных одеял и худющую девчонку в лохмотьях, собирающую одеяла и какие-то коробки. Обернувшись, она со страхом посмотрела на него.

Соландер вжался спиной в стену, с ужасом думая: «Неужели этот вонючий скелет будет сидеть в служебном аэрокаре моего отца?»

А потом Рейт потащил девчонку из подвала вместе с ее вещами и корзиной с едой, которую Соландер дал им накануне, и, ухватив Соландера за рубаху, потянул за собой и его. Соландер, уже очутившись в аэрокаре, успел только подумать, что, собственно, он и не нужен был Рейту там, в подвале…

— Поехали! — обратился Рейт к Велин, и Соландер уселся как раз вовремя, чтобы увидеть, как стражники с подозрительным выражением на лицах приближаются к аэрокару с двух сторон, взяв на изготовку свои станнеры.

Они что же, не разглядели эмблему на бортах летательного аппарата? Этот аэрокар не подлежал задержанию, однако Соландер прекрасно понимал, что ни он сам, ни Велин не смогут дать страже вразумительных объяснений, зачем государственная машина прибыла в Уоррен, а уж тем более представить документы, объясняющие присутствие в аэрокаре двух неряшливых подростков.

— Поехали, — эхом отозвалась Велин и, вырулив на улицу, заставила аппарат стремительно взмыть в воздух, двигаясь строго вертикально.

Сидевшая на заднем сиденье Джесс взвизгнула от страха.

— Нужно найти для них временное жилье, — сказала Велин, оглядываясь на Соландера. — Пусть примут душ и отдохнут, а я тем временем отделаюсь от аэрокара. Потом мы с тобой купим им что-нибудь из одежды. Что-то свободного покроя, небрежное и дорогое. Ну, может быть, немного вышедшее из моды — в конце концов они ведь якобы прибыли из захолустья. Твои кредитные карточки, надеюсь, при тебе?

Соландер кивнул. Итак, он должен купить этим двоим дорогую одежду. Ну что ж… придется купить. Это цена славы, сказал он себе. Цена бессмертия, возможности навсегда вписать свое имя в науку магии, изменить взгляды великих Магистров на понимание устройства их вселенной. Ведь что такое одежда стольти для двух уорренцев по сравнению с целым миром в своих руках, миром, который можно создавать и преобразовывать по своему усмотрению. Да, он купит им одежду. Снимет для них пару комнат на несколько дней. Заплатит за фальшивые документы. Родители не стесняли его в средствах, регулярно и щедро выделяя более чем приличные суммы, а он редко тратил деньги на что-либо, кроме научных книг и аппаратуры. И вот теперь сэкономленные деньги пригодились. Вклад не будет напрасным.

Велин повела летательный аппарат не через ворота, а над ними — аэрокар с воем пронесся сквозь защитный экран арки. Экран с громким шипением окатил поверхность машины разноцветием огней, но аэрокар имел допуск в любое место города. Он не получил никаких повреждений, и Велин уверенно повела аппарат в один из приличных районов Нижнего Города.

— В Рейнсбери-Парк есть замечательные маленькие гостиницы, — пояснила она Соландеру. — Я была в некоторых из них.

Соландер заметил, что при этих словах шея девушки ярко порозовела, и мысленно усмехнулся. Интересно, заметил ли это Рейт?

Велин посадила аэрокар у симпатичной гостиницы, искусно спрятанной под кронами древних могучих дубов.

— Ждите здесь, — приказала Велин и строго посмотрела на Соландера, когда тот даже не двинулся с места. — Тебя это не касается. Тебе придется пойти со мной и заплатить.

Хозяин гостиницы, молодой человек, внимание которого было приковано к трехфазной трансляции фаэтонных гонок с участием команд Эл Артис и Камильери, едва взглянул на посетителей, когда те регистрировались и получали ключи от двух одноместных номеров задней части здания.

— Надо будет заплатить ему, чтобы не слишком обращал внимание на новых постояльцев, — сказала Велин Соландеру, когда они возвращались к аэрокару.

Проводив Рейта и Джесс в их номера, они удостоверились, что дверь между комнатами открывается нормально, затем отогнали летательный аппарат на гостиничную стоянку. Велин подошла к молодому человеку в форме, который одарил девушку елейной улыбкой, совсем не понравившейся Соландеру.

Велин, в самом что ни на есть мрачном настроении, вернулась и подвела кузена к другой машине — спортивному вездеходу с крыльями и прозрачным верхом.

— Поехали! — буркнула она и на протяжении всего обратного пути не проронила больше ни слова.

Шум льющейся воды несколько успокоил Джесс. В домах Уоррена также имелись душевые, но там не было теплой или горячей воды с нормальным давлением или великолепного сочетания духов и жидкого мыла, брызжущего из рассекателя, если нажать кнопки настенного пульта. Здесь, в душевой гостиничного номера, всем этим можно было наслаждаться вволю. Джесс долго не могла заставить себя выйти из-под благоуханного водопада, и только встревоженный голос Рейта заставил ее наконец закрыть краны и взять из стопки одно из толстых мохнатых полотенец. Обмотавшись им, она вышла из душевой, бросив презрительный взгляд на вонючие уорренские обноски, которые бесформенной кучей валялись на полу.