«Кровь и горелая листва?»

Теперь пришел мой черед изумляться. Я уже слышал эти слова. Возможно, Ниив приняла мое молчание за недоверие. Она зло добавила:

– Та, что гремит ярко-зеленым металлом. У которой глаза как клинки!

– Миеликки? – осторожно осведомился я, хотя знал прекрасно, что речь идет не о ней. – Миеликки покинула корабль?

– Не она. Другая! – выкрикнула Ниив. – Та, что ушла на берег, когда ты готовился к полету в соколе. Она не знала, что я вижу. Если ты ее ищешь, то ее нет. Все из-за нее, да? Ты ее прячешь и не хочешь, чтобы я знала.

Голос Ниив напоминал завывания ветра. Она стояла в центре своей собственной бури, злая, безудержная, безотчетно ревнуя меня к подруге моей молодости. Казалось, что жизнь лагеря, суета вокруг Арго находятся на другом конце света.

«Кровь и горелые листья?»

Быть того не может!

Я спросил Ниив:

– Ты пряталась на корабле, когда та женщина, с глазами как клинки, уходила?

– Миеликки – моя духовная мать, – напомнила девушка. – Поэтому тебе никогда не удастся меня убить. Я ее дитя. Она не позволит.

Она побывала внутри Духа корабля! Миеликки ее защищала! Почему я удивляюсь? У Госпожи Леса и у юной шаманки было одно сердце. Ничего удивительного, что Миеликки прикрывала свою родственницу.

Но что же видела Ниив? Расскажет ли она все?

– Я не знаю ту женщину, о которой ты говоришь, – крикнул я в ответ. – Ты слышала, как ее зовут?

– Я видела ее мельком. Она была как тень. Она – хищница. Опасная. Надеюсь, она меня не заметила. Ты точно ее знаешь. Я уверена.

– Возможно, ты права. Но сейчас лучше оставь меня одного!

– Нет!

Я отвернулся. Она крикнула мне в спину:

– Кто же она тогда?

Она выкрикнула мое имя, потом сложила руки на груди, опустила голову и начала творить проклятия. Они отскакивали от меня, как желуди от воловьей шкуры.

«Что же делать?»

Ко мне бежал Ясон с мечом в руке, его встревожили наши крики. Илькавар и Конан из Кимбрии тоже двигались в нашу сторону, опасливо поглядывая на девушку в черном, стоящую на склоне надо мной.

– В чем дело, Мерлин? Тебе нужна помощь?

– Нет, не нужна, – ответил я.

Он глянул на Ниив, и меч сверкнул в его руке. Она закричала от злости и возмущения, развернулась и исчезла за крепостным валом.

Я посмотрел на Ясона и на его лице прочел любопытство и тревогу. Он ждал, что я скажу, но меня терзали вопросы: куда же она отправилась? Где она прячется? Это не может быть правдой…

Я не мог сказать Ясону, что у меня на сердце. Пока не мог.

– Не подпускай ко мне эту девицу!

Он вежливо поинтересовался:

– Никогда?

– Нет, не никогда. У нее сильный покровитель на Арго.

Я должен найти Пронзительный Взгляд. Я должен увидеть лицо под вуалью. Но где ее искать? Куда она пошла, когда покинула корабль? Как призвать ее? На этот раз я принял меры предосторожности.

Наверное, я выглядел по-дурацки в своей грязной меховой куртке, мешковатых шерстяных штанах и с длинными растрепанными волосами. Я побежал к опушке леса, потом вдоль нее, избегая наблюдающих за мной волков. Я пытался отыскать тропинку, проход, дыру или укромное местечко, куда могла спрятаться женщина, сбежав с корабля.

Я бродил несколько часов, искал на юге от широкой дороги, которую протоптали Бренн и его армия, и наткнулся на каменный дом с обвалившейся крышей. Дверь кто-то снял, скорее всего на дрова. Дом давно разграбили и бросили, но в углу я обнаружил сложенную мешковину. Я прикрылся ею, присел на корточки и начал вызывать свои способности к путешествию во сне, затем вошел в Мертвый сон.

Сначала я летел. Я больше привык летать в теле сокола. Парил и падал вниз, взмывал над землей, видел лес, огромную прогалину с дымящимся костром и укреплениями, блеск реки, гряду холмов на севере, вздымающиеся на юге горы, куда очень скоро направится Ясон. Я вызывал Пронзительный Взгляд, мою девочку у водопада. Я парил в потоке воздуха, звал, ждал…

И она ответила на мой призыв. Так неожиданно! Она появилась прямо из солнца, ширококрылая хищница с выпущенными когтями. Она бросилась на меня, визжа от ярости. Я нырнул вниз, и она задела меня только крылом. Горящие глаза пристально смотрели на меня, загнутый клюв приоткрыт, готовый вцепиться мне в горло.

Я еще раз нырнул и полетел к лесу. Она некоторое время преследовала меня, потом без малейшего усилия развернулась и унеслась вверх к солнцу. Я снова ее потерял.

Теперь я выбрал собаку и по запаху находил путь в лесной чаще. Он вел вдоль холодных, засыпанных листьями ручьев. Я завыл, призывая ее. Она опять услышала меня и явилась в виде собаки. Снова она меня удивила.