Я бросилась на кухню.

— Нашла свою машину! — сообщила я гостям и хозяевам.

— Чудесно. — Гай даже вздрогнул. — Просто замечательно. Где она?

— Судя по всему, на полицейской площадке в Боу. Отправлюсь туда завтра утром. Тогда больше не потребуются никакие такси. — Я схватила бутылку и налила себе полный бокал вина.

— Но как ты ее возьмешь? У тебя же нет ключей, — посмотрел на меня Гай.

— О! — Я почувствовала, как меня захлестывает отчаяние. — Я об этом не подумала. Что же теперь делать?

— Можно вызвать слесаря, — вежливо предложила Иззи.

— Нет, я знаю! — возразила я. — В квартире у Терри есть запасные ключи. Правда, спрятаны бог знает где. В каком-то тайничке, о котором я позабыла. Черт, придется снова туда тащиться. А я надеялась, что все кончится сегодняшним вечером.

— Но хотя бы вернешь свою машину. Уже кое-что.

— С этого и начнем.

Я падала, падала с большой высоты. Ничто не могло меня удержать. Вокруг был безмолвный, черный воздух, и я погружалась сквозь него во мрачные глубины. Слышала, как дико кричу в ночи. И как мне отзывается эхо.

А затем от внезапного толчка проснулась и лежала, не в силах перевести дыхание. Подушка стала влажной от пота. Я чувствовала, как пот, словно слезы, катился по щекам и шее. Я открыла глаза — было совершенно темно. На сердце тяжесть, будто грудь придавило огромным грузом. Я слышала собственное дыхание, но оно рвалось изнутри хриплыми толчками. Что-то было не в порядке: воздух застревал в груди, и спазм опять перехватывал горло. «Вдыхай, выдыхай. Медленно. На раз-два, на раз-два. Втягивай воздух в легкие, секунду подержи и выдыхай».

Кто там? Рядом был человек. Скрипнула половица. Я хотела сесть, но тело не шелохнулось. Хотела крикнуть, но не издала ни звука. Скрипнула еще одна половица. Стало слышно, как кто-то дышит. Прямо за дверью. Я распласталась на подушке, чувствовала, как разевала рот, но крика не получалось. Снова дыхание, шаги, тихое, задушенное покашливание.

— Нет, — наконец сказала я. — Нет. — Чуть громче: — Нет, нет, нет. — Слова переполняли голову, отскакивали от стен комнаты, крушили мне череп, рвали горло.

Дверь отворилась, и в прямоугольнике света появилась черная фигура.

— Нет! — еще громче выкрикнула я и, почувствовав руку на плече, забилась на кровати. — Нет, нет, нет, пожалуйста, не надо!

— Эбби, Эбби, проснись. Все в порядке. Это только сон.

— Господи!

— Эбби!

— Боже мой, — хныкала я.

— Тебе снился кошмар.

Я схватила руку Шейлы и прижала ко лбу.

— Ты вся мокрая. У тебя, должно быть, лихорадка.

— О, Шейла! Это было ужасно.

— Бедняжка. Я принесу тебе полотенце. Накроешь им подушку. Все будет хорошо.

— Извини, я тебя разбудила.

— Нет, я шла в ванную. Подожди, я сейчас.

Шейла скрылась и вскоре вернулась с большим полотенцем.

— Теперь все в порядке?

— Да.

— Если понадоблюсь, позови.

— Спасибо. И вот еще что: оставь дверь открытой и свет в коридоре.

— Он очень яркий.

— Ничего.

— Ну, тогда спокойной ночи.

— Пока.

Шейла ушла, а я снова легла в кровать. Сердце все еще громыхало, как барабан. Горло болело от крика. Я ослабла, вся подрагивала, изнутри поднималась липкая тошнота. В дверь из коридора проливался свет. Я смотрела на него и ждала, когда настанет утро.

— Куда я могла их спрятать?

— Ни малейшей идеи, — ответил Терри. Он все еще был в халате — том самом, который я подарила ему на прошлый день рождения. Пил крепкий черный кофе и курил сигарету за сигаретой. В комнате стояла синяя духота, с вечера впитавшая запах окурков и чеснока. Но никаких следов женщины.

— Нет ни в одном из ящичков шкафа и в той деревянной вазе, куда складывался всякий мелкий хлам. И в ванной тоже нет.

— А почему они должны быть там?

— Я не утверждаю, а просто констатирую, что их в ванной нет.

— Понятно. — Терри закурил очередную сигарету. — Мне пора уходить. Ты еще долго?

— Столько, сколько надо, чтобы найти ключи.

— Ну уж нет!

— Прости?

— Эбби, ты здесь больше не живешь. Ты, наверное, забыла, что ушла от меня. Нельзя же вот так нагрянуть и вести себя подобным образом.

Я перестала рыться и посмотрела на него:

— Ты это серьезно?

— Пойду одеваться, пока ты ищешь, — ответил он.