— Мой слуга, Амафи, знает некий яд, — спокойно заговорил Ког, — его можно составить из совершенно безвредных ингредиентов, некоторые из них, правда, не так легко найти — он посетил не одну аптеку в городе. Он приготовил яд, а я придумал, как дать его принцессе ночью накануне моего отъезда. Принцесса должна была умереть в течение недели.

— Значит, нет прямой связи между вашим посещением и ее смертью. — Каспар явно обрадовался. — Отлично! Думаю, в ближайшие дни мы получим письмо от первого министра, который попросит «разъяснить» некоторые пункты моего послания, с тем чтобы попробовать откупиться.

— Я вернусь в Порт-Майселз? — спросил Ког.

— Нет, — ответил Каспар. — Ни к чему. Главной задачей было сделать так, чтобы принцесса умерла, хотя мне будет не хватать этой старой ведьмы. — Он вытянул руку, сведя в кольцо большой и указательный пальцы и оставив между ними едва заметный просвет. — Тебе известно, что я был вот настолько близок к женитьбе на ней? Мой отец считал, что это будет выгодный брак, но я его переубедил. Один из нас обязательно убил бы другого. — Каспар рассмеялся. — Ну да, так и вышло! — Он поднялся. — Я вознаграждаю за блестящие результаты, Когвин, поэтому отныне ты — барон моего двора. Я выпишу патент и найду какой-нибудь свободный клочок земли, чтобы ты мог присоединить его к тем бесполезным землям, которые имеются у тебя в Королевстве Островов. Но если будешь служить мне так же хорошо, то получишь и другие награды.

— Благодарю вас, ваша светлость. Я буду стараться.

— Идем, пообедаем и поговорим о новом задании.

Ког последовал за Каспаром на балкон, выходивший на залив. День был холодный, уже наступила осень, и поэтому оба они были в толстых плащах. Однако Ког почувствовал, как бодрит холодный воздух, когда увидел слуг, расставляющих на столе перед ними еду и вино.

Каспар знаком велел слугам отойти и, когда те оказались достаточно далеко, сказал:

— Должен признаться, что ожидал услышать о твоем аресте и, возможно, казни; это дало бы мне повод начать кампанию, чтобы отомстить за тебя. Не то чтобы мне так уж это было нужно, но… ты меня понимаешь.

— Да, ваша светлость.

— Зато теперь я могу добиться от регента Одески нужных мне уступок и избежать войны.

— А мне казалось, что вы хотите полного подчинения, ваша светлость.

— От Светланы и ее идиота-мужа — да. Если бы ты не справился с заданием. Запомни, Когвин, никогда не стоит полагаться только на один план. Когда начинаешь что-то опасное, надо иметь два, а лучше три плана. Если первый провалится, переходи ко второму. Провалится второй — есть еще и третий.

— А если провалится и третий, ваша светлость? Каспар рассмеялся.

— Тогда нужно удирать со всех ног, если, конечно, еще жив.

Ког тоже рассмеялся, но душу его пронизал холод.

— Если бы я обратился к Светлане с разумным требованием, — продолжал Каспар, — например, чтобы Салматер перестал помогать моим врагам, она бы настояла на переговорах и ко времени моего отъезда убедила бы меня, что Салматер никогда не будет сотрудничать с моими врагами. Требуя подчинения, я понимал, что они будут слишком заняты размышлениями о том, что на меня нашло; в результате им и в голову не придет, что у меня могут быть совсем иные планы.

— Избавиться от принцессы, например.

— Да, — кивнул Каспар, — как бы я сам об этом ни жалел. Ей никогда не хватало сил открыто выступить против меня. Чтобы удержаться, ей приходилось полагаться на других. В разное время она объединялась с Ролдемом, с Королевством Островов, теперь — с Мискалоном. Она так и не простила мне, что я на ней не женился.

Ког сосредоточился, опасаясь, что лицо выдаст его мысли.

Каспар тем временем продолжал:

— Да, многое из того, что произошло между мной и Светланой, случилось потому, что я отказался взять ее в жены. Она меня не любила, ты же понимаешь. — Он усмехнулся. — Мы были очень похожи во многом: честолюбивы, безжалостны, даже бессовестны. Была бы она мужчиной, я без колебаний сделал бы ее своим главнокомандующим, прикрывая, правда, при этом спину. Но жена… — Он пожал плечами. — Ей нужна была марионетка типа Джаноша, которую легко можно контролировать. Однако ее последние интриги уже переходили всякие границы. Сговориться с Мискалоном, чтобы захватить Ворота Оласко… это уже слишком. Впервые она решила предпринять открытую атаку на земли Оласко, а этого я не потерплю. — Он хлопнул ладонью по столу. — Но сейчас это неважно. Ее больше нет, и скоро я заключу с Салматером новый договор; в конце концов, он вполне может стать южной провинцией Оласко. А теперь надо заняться другими делами.

Ког не говорил ничего — просто попивал вино. Каспар тоже отпил из своего бокала.

— Ты что-нибудь понял, Когвин? — спросил герцог. — Ты можешь сказать, что я собираюсь делать?

— Честно говоря, нет, ваша светлость. Я думал, что вы занимаетесь вполне очевидными делами — укрепляете границы против возможных врагов, а больше ничего.

— Хорошо, потому что ты — очень умный молодой человек, и если и ты ничего не понял, значит, ничего понять и невозможно. Ну а теперь о нашем следующем предприятии. Я хочу, чтобы ты недельку отдохнул, привыкая к своему новому титулу. А потом отправляйся в Саладор. В этом городе тебе предстоит выполнить много моих поручений. Но к празднику зимнего солнцестояния никто не должен сомневаться, что ты житель этого города.

— Это будет нетрудно, ваша светлость. Я и раньше там жил и вполне могу возобновить старые знакомства и связи.

— Хорошо. Потому что празднество, устраиваемое герцогом Саладора, посетит герцог Вариан Родоски. Ты с ним знаком?

— Я видел его, — ответил Ког, — и однажды был ему представлен, но не могу сказать, что хорошо с ним знаком.

— Ты знаешь, каково его влияние на короля Ролдема?

— Он — кузен короля, и в праве наследования он идет… после принца Мэтью?

— Да, и принцев Майкла, Константина и принцессы. Короче говоря, он шестой. Значит, он один из самых важных аристократов в Ролдеме, если не самый влиятельный.