Шрифт:
Впрочем, в эти минуты он ощущал неистовое желание отдать этой дьяволице свою душу навсегда.
Глава 8
Прежде чем солнце окончательно село за горизонт, обозначив тем самым наступление в Корорареке и заливе ночи, из района Пляжа стали доноситься звуки резко усилившегося кутежа.
Обнаженный Коффин лежал на медной кровати, а Мэри Киннегад пристроилась сбоку от него. Он долго и неподвижно смотрел в потолок. Наконец она нетерпеливо вздохнула и, перевернувшись набок и подперев голову рукой, взглянула на него.
— Ты молчалив, как море в штиль, Роберт. Это на тебя не похоже. Расскажи мне о Южном Острове. Говорят, там горы высотой с Альпы, которые обрушиваются страшными пропастями прямо в море. Старики маори, которые захаживают в город, рассказывали, будто на Южном Острове, высоко в горах, живут разные чудовища. Некоторые из них похожи на петухов величиной с жирафов.
— Что? — переспросил он, выходя из состояния задумчивости. Картинка, нарисованная его подругой, невольно пробудила в нем одно воспоминание. Гигантское перо, воткнутое в волосы колдуна Туото, еще тогда привлекло его внимание. Теперь оно совершенно ясно всплыло в памяти.
— Это моа. Маори истребили их много веков назад. Только кости кое-где остались.
Но перо Туото выглядело таким свежим… Чепуха какая-то!
— Маори так же привыкли врать, — сказал он, глянув на нее искоса, — как и вести между собой войны. Не стоит верить сказкам, которые они рассказывают каждому встречному и поперечному.
— Да я и не верю особенно-то… Просто, у них это очень красиво получается. Ну, расскажи же мне, Роберт, — прошептала она, придвигаясь к нему ближе, — какой он, этот Южный Остров?
Он поправил у себя под головой подушку.
— Он красивый… Очень сильно изрезан и… Словом, совсем не похож на Северный.
— Совсем-совсем?
— Совсем-совсем. И вообще не похож ни на один из ближних островов. Там очень холодно, Мэри. Холоднее, чем ты можешь себе вообразить. Холоднее, чем в Ирландии. Если перевернуть Англию с ног на голову, а снизу приклеить Шотландию, то это будет очень напоминать Новую Зеландию. Южный Остров не просто холодный, но еще и влажный. Там папоротники высотой с деревья. Целые леса папоротников. И горы, и ущелья… Ты и представить себе не можешь такую изрезанность рельефа. Гавани очень удобные, хорошие. Любое судно можно подвести к самому берегу и поставить под ледяной козырек. Очень красиво, но жить негде. Ровной земли не хватит даже на то, чтобы посадить капусту. Лично мне больше по душе наши теплые края.
— Мог этого и не говорить! — засмеялась она.
Хватит!
«Хватит!» — пронзительно и возмущенно заорал внутри него какой-то страшный голос. «Говори ей сейчас же! Говори быстрее! Быстрее, иначе потом будет уже поздно. Пока она сама обо всем не узнала в первой же пивной от какого-нибудь говорливого клерка Лэнгстона или от очередной девки Перкинса! Пока она не прибежала к тебе домой и не постучалась в дверь!»
— Мэри, я предупредил тебя в самом начале о том, что нам нужно поговорить. Возникла… проблема. Она невинно взглянула на него.
— Если ты опять хочешь завести свою старую песню об учебе Флинна, то я обещаю тебе, что отдам его в самое ближайшее время в лучшую миссионерскую школу и сама буду следить за тем, чтобы он делал уроки.
Коффин как-то странно, — как ей показалось, — взглянул на нее. Потом отрицательно покачал головой.
— Нет, я не об учебе Флинна. На этот раз не об учебе. Тут другое…
Теперь он уже от нее не отворачивался. Ему было дико трудно, но он смотрел ей прямо в глаза. Желание сменилось решительностью в его взгляде. Он глубоко вздохнул и ринулся в бой:
— Два дня назад из Лондона сюда приехала моя жена с сыном.
Он ждал взрывной реакции, но она даже не пошевелилась в первую минуту. Так и продолжала лежать на боку, как до этого. Неподвижная и молчаливая. Ее будто парализовало. Прошла минута, прежде чем она смогла пошевелиться. Мэри села на постели и задумчиво взглянула на него. Ее гибкое тело четко очерчивалось на фоне темной передней спинки кровати.
Она молчаливо и внимательно смотрела на него. Как будто ожидала продолжения.
Скоро стало ясно, что она не собирается прерывать паузу, поэтому он заговорил вновь:
— Я хочу, чтобы ты знала одну вещь: я не посылал за ними. Пойми, не посылал. Они приехали сюда неожиданно, не испрашивая на этот приезд моего согласия.
— Вот как? Отлично, — наконец подала голос Мэри. В ней уже не было теплоты, только резкость и отрывистость. — Раз они сделали это без твоего разрешения, тебе ничто не мешает отослать их обратно.
— Я не могу этого сделать, Мэри. Они приехали навсегда. Моя жена хочет жить здесь. Сын болен, и врачи говорили, что здешний климат может пойти ему на пользу.