Шрифт:
Он заглянул внутрь. Приборы и радио были разбиты. Какой-то предмет привлекло его внимание, и он, потянувшись, взял его в руки. Подобно какому-то безумному украшению, на разбитом зеркале висел шипованный собачий ошейник. Он был абсолютно новым, и Эван почувствовал, как все внутри него провалилось, когда он прочитал надпись на нем
— Крокет, — прошептал он.
Он повернулся и увидел, как потихоньку вокруг них собирается народ, чтобы посмотреть на причину шума. Он обратился к стоявшему ближе всех толстяку в хоккейной майке.
— Ты видел, кто это сделал? Ты видел кого-нибудь?
Парень поднял руки вверх.
— Нет, мужик, я не видел.
Эван обвел глазами остальных зевак, но они лишь отрицательно качали головами или пожимали плечами.
Хантер плюнул на асфальт, едва контролируя себя от злости.
— Знаете, кто это мог быть? Скорее всего, эти мудаки из «Пики». Пошли, врежем им как следует!
Кейли взяла ошейник из рук Эвана и, посмотрев на него, содрогнулась от ужаса.
— О нет, — прошептала она. — Это не может быть он…
— А кто еще? — подойдя к ней ближе, Эван понизил голос до злого шепота. — Кому еще известно, что у меня была собака по имени Крокет? Это работа Томми! — Он бросил взгляд на изуродованную машину. — Твой ненормальный старший братец пролез на территорию студгородка и разнес вдребезги мою машину!
Она в страхе оглядела толпу зевак.
— Эван, — предупреждающе сказала она. — Он может все еще быть здесь.
Эван, не слыша ее, отошел в сторону.
— Как это могло сойти ему с рук? — спросил он у Хантера. — Неужели все спали? Он разнес мою машину прямо перед этой сраной братской общагой!
К нему подскочил взбешенный Кевин.
— Ну-ка повтори, что ты только что сказал, Треборн! Сраная братская общага? Это братство, ты, мудак! Ты ведь не называешь страну, где живешь, сраной?
Эван отмахнулся от него и вернулся к Кейли, которая все еще держала в руках ошейник. Внезапно эта тупая, варварская, бессмысленная выходка заставила его по-новому посмотреть на этот новый мир.
— Достаточно, — сказал он ей. — Пойдем отсюда.
Девушка поежилась. Несмотря на теплый вечер, ее голые плечи дрожали.
Эван снял пиджак и хотел накинуть на нее, но она шагнула назад, отстраняясь, с беспокойством глядя на него.
— Не надо, — сказала она, нервно оглядываясь.
— В чем дело? — спросил он, пытаясь проследить за направлением ее взгляда.
— Возможно, он следит за нами, — ответила она с легким беспокойством в голосе.
— Да плевать на него! — разозлился Эван. — Неужели ты думаешь, что я позволю этому козлу диктовать нам, как надо жить? Пошел он!
Но Кейли все равно уклонилась от его объятий и покачала головой.
— Пожалуйста, Эван, давай уйдем отсюда. Я не могу здесь больше оставаться. Просто отведи меня домой.
Эван увидел страх в ее глазах, и желание драться покинуло его.
— Хорошо, — сказал он. — Но мне нужно кое-что сделать, на случай если он все еще где-то здесь.
Глава семнадцатая
Эван завел Кейли в свою комнату в общежитии братства «Тета» и громко захлопнул за собой дверь, оставляя Хантера и Кевина обсуждать планы мести «Пикам» Эван объяснил им, кто именно разбил его машину. Хантер искал любую причину для драки, и этот инцидент был просто предлогом для нападения на соперников. Если Томми Миллер бродит где-нибудь поблизости, то Эвану самому придется иметь с ним дело. Вся скрытая злость по отношению к Томми поднималась на поверхность: ненависть за хладнокровное убийство Крокета и за жестокость, с которой он взорвал почтовый ящик Халпернов. Он ненавидел Томми с новой, внезапной яростью за то, что тот осмелился снова появиться в его жизни, особенно сейчас, когда все у него шло так прекрасно. Эван сжал кулаки от злости. Его идиллическая жизнь с Кейли всегда будет под угрозой, пока где-то поблизости находится Томми. Все, чего сейчас хотелось Эвану, это чтобы он исчез.
Эван опустился на одно колено и заглянул под кровать, где стояли несколько коробок с дневниками и старой одеждой. Никто под ней не прятался.
— Что ты делаешь? — спросила Кейли.
— Просто проверяю, — хмуро ответил Эван. Он запер дверь, потом, вернувшись к своему столу, начал рыться в ящиках.
— Я никогда не думала… — Кейли не смотрела ему в глаза. — Это… Это моя вина.
Я должна была тебе сказать. Его освободили несколько недель назад, но я не думала, что он сделает что-нибудь подобное.
— Было бы неплохо, если бы я был в курсе, — проворчал Эван. Его пальцы нащупали под кучей носков какой-то металлический цилиндр, и он вытащил его из ящика.
Это был баллончик перечного газа, каким пользуются полицейские и охранники. Некоторое время он раздумывал.
— Ха! Как будто от него будет какой-то толк. Надо спросить у ребят из братства, может, у кого-то есть ружье или пистолет.
Глаза Кейли расширились.
— Пожалуйста, Эван. Даже не шути об этом.
Он посмотрел на нее.