Алекс же приподнял ее за тонкую талию и тоже усадил в седло. Глаза их встретились на одно, но очень долгое мгновение, и она почувствовала легкую дрожь при его прикосновении. Он не сказал ни слова, но в его глазах промелькнуло нечто, чего она не могла понять. Пока она удобнее усаживалась в седле, он поднял руку и нежно погладил ее по щеке. Неожиданно и безотчетно Велвет почувствовала застенчивость этого человека, которого она считала своим другом, с которым она разделила первый поцелуй и даже нечто большее. Ее брат и его жена, слишком занятые собой, не заметили, однако, ничего.

Мужчины оседлали лошадей, и две пары тронулись в короткий путь к Тилбури-Плэйн. За четверть мили до армейского лагеря они встретились со свитой королевы, и Велвет отстала от своих, чтобы присоединиться к другим фрейлинам. Бесс, в прекрасном расположении духа и чудесно выглядевшая в своем алом платье, весело приветствовала ее.

— Это правда? — спросила она.

— Что правда? — не поняла Велвет.

— Насчет Эйнджел? Что она стала любовницей твоего брата? При дворе только об этом и говорят все утро. Велвет была потрясена.

— Мой брат, граф Линмутский, и Эйнджел Кристман вчера ночью сочетались законным браком!

— Это они сказали? — рассмеялась одна из фрейлин, Леонора Д'Арси, которая отличалась неразборчивостью в связях. — Спаси меня Господи, Велвет, вы остались такой же провинциальной мышкой, какой и были, если поверили этому! Трудно винить госпожу Кристман, ведь ваш брат так богат и красив. Без состояния или громкого имени, как у нас, бедная девушка едва ли могла рассчитывать на выгодный брак! — Она опять рассмеялась.

— Я бы не стала на вашем месте повторять все это перед королевой, ибо мой брат и его невеста были обвенчаны в присутствии королевы ее личным капелланом, — перебила ее Велвет. Как же она ненавидела этих злющих молодых придворных дам! — Я знаю точно, так как сама присутствовала при этом.

— Обвенчаны? — хором воскликнули фрейлины, которые к этому времени уже все столпились вокруг лошади Велвет.

— Конечно, обвенчаны, — со всей возможной слащавостью ответила Велвет. — При этом присутствовали также граф Лестерский и друг моего брата лорд Гордон. Эйнджел Кристман теперь Эйнджел Саутвуд, графиня Линмутская.

— Господи! — проговорила Бесс, которая редко поминала имя Божье. — Как все это случилось?

— Что касается Робина, то это была любовь с первого взгляда. Он впервые увидел Эйнджел несколько дней назад на своем празднестве в честь королевы и с тех пор не знал ни сна, ни отдыха, пока она не стала его женой.

— О, как романтично! — от всей души воскликнула Бесс. — И как удачно, что им не надо волноваться из-за возможного гнева королевы, поскольку, уж ежели их обвенчал ее личный капеллан, значит, она одобрила этот брак.

— Почему это вас так волнует, Бесс? У вас тоже есть тайная любовь среди фаворитов королевы? — усмехнулась девица Д'Арси. — Мне говорили, что вы не рискуете подвергать Уолтера опасности.

Бесс Трокмортон побелела и быстро посмотрела вперед, туда, где ехала королева с Лестером и Эссексом. Она была в ужасе, как бы Елизавета Тюдор не расслышала безрассудные слова Леоноры Д'Арси. Бесс была влюблена в Уолтера Рэлея, а он в нее, но ни один из них не осмеливался поставить под угрозу свое положение при дворе, ибо само их существование зависело от расположения и доброй воли королевы.

— Интересно, знает ли ее величество, что вы залезли в постель к Энтони Бэкону? — невинным голосом пробормотала Велвет, даже не взглянув на девицу Д'Арси.

— Это наглая ложь!

— Вовсе нет, если верить графу Эссекскому, моя дорогая. Он говорил, что вы чудовищно развратны, но продаете свою благосклонность слишком дешево, учитывая древность и могущественность вашего рода.

Другие девушки в королевском поезде захихикали. Им довелось услышать такие интересные слухи, к тому же Леонору Д'Арси недолюбливали, в то время как Бесс Трокмортон все любили и уважали. Многие догадывались о тайне Бесс, но никогда не обсуждали ее между собой из-за боязни разрушить то, что все они считали прелестной трагической и романтической историей. Они мысленно аплодировали озорным и острым высказываниям Велвет, тем более что ни одна из них сама не рискнула бы открыто задирать наследницу рода Д'Арси.

— Я ожидала, что вы будете защищать Бесс, — прошипела Леонора Д'Арси. — Может быть, она и бедна, но ее семья пользуется большим влиянием, а ваша, конечно, нет, хотя она и неприлично богата. Вам нужно ее влияние здесь, при дворе, ибо у вашего отца такого влияния практически нет, а ваша мать, говорили мне, просто обычная ирландская пиратка, которой запрещено даже появляться при дворе.

— Вы перепутали мою маму с нашей кузиной Грейс О'Малли, которая весьма неординарна, хотя ее и называют пиратом, — парировала Велвет весело. — Что же до моей необходимости пользоваться в своих интересах чьим-либо влиянием, то мне этого не надобно. Деньги, дорогая госпожа Д'Арси, — вот самое могучее влияние. Я выбираю себе друзей, исходя из их отношения ко мне. А так как я наследница огромного богатства, то и право выбора остается за мной.