— Ты ему не сказал? Прошлой ночью, около десяти, пропал еще один особый агент, Уорнер.

При этих словах у Укии внутри все сжалось, он расслабился, только услышав имя пропавшего агента. На секунду он испугался, что пропала агент Женг. Такие новости легче воспринимать, если они касаются кого-то незнакомого. Он испытал внезапный прилив сочувствия к Крэйнаку, которому пришлось заниматься телом, найденным на пожарище.

— Кстати о ФБР, ты не видел агента Женг? — Макс выпустил клуб вишневого дыма. — У нее все вещи Укии, которые выбросила Стая.

— Ах да, вы же работаете с нашей ФБР — Феей Быстрой Расправы. — Произнося прозвище Женг, Крэйнак для пущего эффекта выбрасывал вверх пальцы. — Она не злится, не расстраивается, она просто леденеет. Сегодня она вообще похожа на айсберг, у нее даже молчание ледяное.

— И где же наш айсберг?

— За домом. — Крэйнак указал в узкий проход между домами. — Пожар начался в старом угольном погребе в дальнем углу подвала. Одна из соседок проснулась, когда началась гроза. Она сидела в спальне на подоконнике и смотрела на молнии, в это время к пустому дому подъехал черный седан. Из него вышли четверо, они внесли в дом сопротивляющегося пятого. Женщина позвонила в службу спасения, но, когда мы прибыли, подвал уже вовсю пылал. Сгорела вся задняя половина дома.

— А почему они решили, что там был Укия?

— Почерк похожий. Жертву сожгли живьем, мы слышали крики, но подобраться не могли. А после этого еще и в ФБР сказали, что это мог быть ты… Придется мне сегодня завтракать второй раз.

— Я все равно не понимаю, — пожаловался Укия.

— Тебя схватила Стая, — пояснил Макс, водя по воздуху сигарой. — Почерк этого преступления напоминает Стаю, и легко предположить, что жертвой был ты.

Крэйнак кивнул и вытащил из пачки «Мальборо».

— В прошлом году было как раз такое дело. Жертву связали, убили и подожгли дом. Здесь тоже тело жертвы полили жидким топливом, а тогда свидетели опознали на месте преступления двух членов Стаи.

«Однако в какую семью меня приняли!»

— Их не арестовали?

— Чтобы арестовать, надо поймать, — хмыкнул Крэйнак. — А чтобы поймать, надо найти. Никто не знает, где прячется Стая.

— Вверх по Мононгахеле, — слегка виновато признался Укия. — В старом складе на правом берегу, ниже металлургического завода, оттуда слышно Кеннивуд.

Полицейский записал все в карманный компьютер.

— Это может нам помочь. Хотя они все время меняют базы, и после того, как ты… — Тут он поднял на Укию удивленный взгляд. — А как ты смог от них сбежать?

И тот сказал правду, чувствуя себя при этом довольно глупо:

— Они меня отпустили.

— Стая? — недоверчиво переспросил Крэйнак.

Укия кивнул и указал на дом:

— И я не думаю, что это сделали они.

— Почему?

Они были заняты мной. В полночь вся Стая собралась на складе, они разошлись только час назад.

— Ты уверен, что все были там всю ночь? В Питтсбурге их около двадцати.

— На складе был двадцать один человек. — Укия закрыл глаза и сосредоточился. Да, все время испытания он чувствовал присутствие Стаи. — Никто не уходил.

Крэйнак снова что-то записал в компьютер, качая головой, потом осмотрел перевязанного Укию.

— Ты-то хоть цел? Тот кивнул.

— В ФБР считают, что в Окленде должна была случиться казнь. За что Стая хотела тебя убить и почему они передумали? Зачем было похищать тебя, держать десять часов, а потом отпускать?

Этот вопрос будет повторяться до тех пор, пока он не даст ясного ответа. Крэйнак, конечно, друг, но он еще и офицер полиции. Потом об этом спросят в ФБР, потом — Макс, его мамы… Укия взглянул на Макса, тот старательно делал вид, что ответ его не интересует. Что ж, по крайней мере за один раз об этом узнает и напарник, и полиция.

— Оказывается, мой отец принадлежал к Стае. Он не хотел, чтобы я родился, поэтому, когда Стая узнала, что я живу в Питтсбурге, их предводитель решил выполнить предсмертное желание отца.

Крэйнак присвистнул, продолжая записывать.

— Кошмар какой.

— К счастью для меня, большинству эта идея не нравилась, они хотели сделать меня почетным членом Стаи. Ренни Шоу изменил план уже в Окленде, он схватил меня и созвал собрание. У них было горячее обсуждение с применением топоров и дробовиков. — Поиски в воспоминаниях он объяснить не мог и решил вовсе о них не рассказывать. — Около пяти часов утра они проголосовали за то, чтобы меня отпустить.

Крэйнак снова присвистнул и взглянул на Макса, тот ковырял землю носком ботинка.

— И как разделились голоса?

— Не знаю, мне они не рассказали.

— Знаешь, парень, — предложил вдруг Макс, — давай заберем твои вещи и уедем в отпуск.

— Мне все больше нравится та школа вождения в Калифорнии.

Крэйнак внес в записи еще что-то и закрыл компьютер.

— Я скину им твои показания и вычеркну тебя из списка пропавших. Будешь подавать на Стаю в суд?

Укия рассмеялся.