— Со мной все будет в порядке.

Мышка смотрела на девочку несколько секунд, потом пожала плечами.

— Что ж, полагаю, что каждый заслуживает немного личного времени, — сказала она наконец. — А я, наверное, вернусь в каюту и прилягу.

Мышка обняла Пенелопу и направилась к отведенной им каюте, а девочка, все еще держа куклу на руках так, как будто она была хрустальная и в любой момент могла разбиться, пошла в противоположном направлении. Она прошла мимо лазарета, потом поднялась на аэролифте на верхнюю палубу и повернула налево. Здесь было значительно более оживленно, потому что это был рабочий уровень, и члены корабельной команды непрерывно и целеустремленно переходили из одного отсека в другой, не обращая на нее ни малейшего внимания.

Пенелопа, передвигаясь не менее целеустремленно, пошла вниз по коридору к наблюдательной рубке, довольно большой каюте с пятнадцатью экранами, каждый из которых передавал с внешней камеры голографическое изображение какого-либо участка космоса, и все они вместе показывали окружающее корабль пространство более чем на парсек в каждом направлении.

Посередине комнаты стоял в одиночестве тот худой молодой человек, с которым она заговорила на Звездной Лодке.

— Добрый день, — сказал он, заметив девочку.

— Добрый день, — ответила она со всей подобающей официальностью в голосе.

— Похоже, это новая кукла.

— Ее зовут Марианна, — сказала Пенелопа, приподнимая куклу, чтобы тот смог ее получше рассмотреть.

— Знаешь, я как-то и не успел спросить, как зовут тебя?

— Пенелопа.

— Добро пожаловать на наш корабль, Пенелопа, — сказал молодой человек. — Меня зовут Потемкин — Миша Потемкин.

— Это похоже на настоящее имя, — удивленно сказала Пенелопа.

— Оно и есть настоящее.

— Я думала, что здесь вообще никто не пользуется своим настоящим именем, кроме, конечно, меня и Марианны.

— Вот именно поэтому я так и назвался, — сказал Потемкин, улыбнувшись. — Чтобы меня лучше запоминали.

— Должно действовать.

— И действует. А скажи, Пенелопа, что ты здесь делаешь одна?

— Я не одна, — ответила девочка. — Со мной Марианна.

— Я приношу свои извинения, — сказал Потемкин. — Что вы с Марианной здесь делаете?

— Я разговариваю с вами, а Марианна рассматривает вон те экраны.

Потемкин хихикнул.

— Я не это имел в виду.

Пенелопа вежливо заглянула ему в глаза, ожидая, когда он объяснит ей, что имел в виду.

— Я хотел спросить, — сказал он наконец, — как вы вообще оказались в наблюдательной рубке?

— Я увидела вас, а все, похоже так сильно заняты, вот я и подумала, что с вами можно поговорить.

— О чем же ты хочешь поговорить? — спросил Потемкин.

— О, я еще не знаю, — ответила Пенелопа, осматриваясь в рубке. Ее взгляд упал на один из экранов. — Как эта штука работает? — спросила она, указывая на экран. — То есть это же наверняка не окно, потому что мы находимся в самом центре корабля.

— Это как голографическая картина у тебя дома, — объяснил Потемкин. — У нас есть камеры, они расположены снаружи корабля и передают сюда все, что видят.

— Но здесь же нельзя переключать каналы.

Он улыбнулся.

— Вот поэтому у нас так много экранов.

— А как вы чините камеру, если она вдруг сломается?

— Мы их не чиним, — ответил Потемкин. — Мы их просто выбрасываем и устанавливаем новые.

— Вы сами их устанавливаете?

Потемкин весело улыбался.

— Нет, это не по моей части.

— А что по вашей части? — спросила Пенелопа. — Все вокруг чем-то заняты и работают, а вы просто стоите и рассматриваете экраны. Вы случайно не тот, кто предупреждает капитана, когда приближается метеоритный поток?

— Нет, это корабль выполняет автоматически.

— Тогда что вы делаете?

— Сейчас — ничего.

— Тогда вы пассажир? — настаивала она.

— Нет, — ответил Потемкин. — Я боевой вождь.

— Боевой вождь?

Он улыбнулся.

— Там, в Республике, подобная должность называется советник по обороне. Я не приступаю к работе, пока мы не начнем боевые действия или сами не подвергнемся нападению, но когда это случается, то мне приходится действительно очень много работать.

— И если вы говорите Янки Клипперу напасть на кого-нибудь, то он нападает, а если говорите «не надо», то он не нападает?

— Обычно так.

— Так вы очень важный здесь человек, — сказала она с восхищением.

— Время от времени.

Она погрузилась в размышление, потом подняла на него глаза и спросила:

— Что случится, если вы дадите ему неправильный совет?

— Тогда мы потерпим поражение.

— Что значит «потерпим поражение»?

— Погибнем.

— И много вы зарабатываете?