— Что значит, это ты… — я всматриваюсь в снимок и от изумления открываю рот и таращу глаза. — О, — шепотом произношу я. — О боже.

— Знаю, знаю, — говорит Джеральдина. — Ты красавица, правда?

Молча киваю: от изумления не могу произнести ни слова. Провожу пальцем по своим точеным скулам, четко очерченному подбородку.

— Как ты это сделала? Когда успела? Как…

— Это все Пол, — отвечает Джеральдина, — я тут ни при чем. Я просто посоветовала добавить золотистые прядки, поменять цвет помады. И нашла твое новое тело. Нравится?

— Я и не подозревала, — клянусь, я и не подозревала, что могу так выглядеть. От фотографии просто не оторваться. Мне хочется увеличить снимок и наклеить себе на лицо. Показать всем, какая я красивая, какая на самом деле, под слоем жира.

— Давай скорей пошлем фото, — в нетерпении щебечет Джеральдина. — Наш ответ красавчику Брэду. Он с ума сойдет.

Джеральдина стоит позади меня. Снова связываюсь с Интернетом и стучу по клавишам.

«Дорогой Брэд. Получила твое фото. Ты — настоящий красавчик, похож на модель. Может, ты вырезал свою фотографию из журнала?

Я попросила ребят из графического отдела отсканировать мою фотографию… »

Бросаю на Джеральдину вопросительный взгляд

— Что придумать, когда был сделан снимок?

— Скажи, летом. Напиши, что каталась в Парке с друзьями.

— Хорошо.

Я продолжаю.

«Снимок сделан в Гайд-Парке. Летом мы катались на велосипедах с друзьями. Надеюсь, тебе понравится. Это не самая удачная фотография».

Хихикая, смотрю на Джеральдину. Она тоже хихикает.

«Сегодня я опять ужинаю с друзьями. Но можем встретиться завтра (в пятницу) в то же время, в том же месте. Пока. Джей-Джей. ххх».

— Джей-Джей? — удивленно спрашивает Джеральдина.

— Он так меня называет. Джемайма Джонс.

— Джей-Джей. Мне нравится это прозвище. Можно, я тоже буду тебя так называть?

Вставляю дискету со своей фотографией, нажимаю кнопку «присоединить файл» и потом кнопку «отослать» . Появляется сообщение: «Ваше письмо отправлено». Я вздыхаю с облегчением и виновато смотрю на Джеральдину.

— Только бы он не захотел со мной встретиться. Это будет кошмар!

— Не говори глупости. Он в миллионе миль от тебя. Ты в полной безопасности. Пойдем выпьем по чашке чая.

— Твоя мама звонила, — кричит Софи из спальни, как только я вхожу в квартиру. — Сказала, чтобы ты перезвонила ей, когда вернешься.

— Спасибо, — я бегу вверх по лестнице. Слава богу, есть предлог не обсуждать с ними, как прошел день. Захожу в гостиную и звоню матери в Хертфордшир.

— Привет, мам, — здороваюсь я, услышав ее чопорное «алло». — Как дела?

— Неплохо, — отвечает она. — А у тебя?

— Хорошо. На работе все отлично.

— Как твоя диета? Ты похудела?

Ну вот, началось.

— Да, мам, похудела на пять килограммов за две недели, — первый раз в своей жизни говорю правду. Надеюсь, она останется довольна.

Но нет, видно, я хочу слишком многого.

— Будь осторожна, — говорит она. — Нельзя худеть слишком быстро, потом в два раза быстрее потолстеешь. Почему бы тебе не вступить в клуб для желающих похудеть, как я?

В молодости моя мать была стройной и красивой. Королева бала — так она сама себя называет. На старых черно-белых фотографиях она похожа на Одри Хепберн — обворожительная, элегантная, с какой-то особенной изюминкой.

Но это было до замужества. Когда отец ушел от нас шестнадцать лет назад, она резко начала набирать вес. После сорока, когда жизнь замедлила свой темп и стала скучной, она раздулась до размеров воздушного шара. Но моя мать не опускает руки — она превратила свой лишний вес в целое событие. Вступила в клуб желающих похудеть, завела кучу новых друзей, таких же, как она, полных женщин, мечтающих о плоских животах и стройных бедрах. Похудение стало целью всей ее жизни, и теперь она спит и видит, как бы осуществить свою мечту.

— Говорю тебе, Джемайма, это лучший способ похудеть. На этой неделе я уже сбросила два фунта. Ты бы знала, сколько у меня появилось новых друзей! Мне кажется, тебе бы это пошло на пользу.

— Хорошо, мам, — устало отвечаю я. — Я поищу такой клуб у себя в районе.

Конечно, я не собираюсь этого делать. Клуб для толстушек, уж лучше попасть в ад.

Но разговоры Джемаймы с матерью проходят по одному и тому же сценарию. Мать никогда не спрашивает ее о работе, друзьях, личной жизни. Она интересуется только ее весом. И Джемайма тут же занимает оборонительную позицию, устало вздыхает и защи — щается от нападок матери.