Шрифт:
— Выходит, инкассаторскую машину выкапываете? — поинтересовался он, поддерживая пальцами хвостик рыбки, который норовил вывалиться из его рта.
Альбинос, Дацык и Лера стали дружно отрицать:
— Вообще-то это наши деньги…
— Наш друг перевозил все наши общие накопления и угодил под ледопад…
— Это уставный капитал нашей фирмы, которую мы собирались открыть…
Лейтенант живо крутил головой, слушая всех сразу.
— Значит, вашего друга вместе с деньгами завалило льдом? — спросил он.
— Вместе с машиной и деньгами, — уточнил Дацык. — Как откопаем машину, так сразу и рассчитаемся с вами.
Лейтенант поставил автомат торчком между ног и оперся подбородком о дульную насадку. Снова заглянул в пустой стаканчик, затем оценивающе посмотрел на Тучкину и шлепнул ее ладонью по попке.
— Значит, машину завалило льдом, — подытожил он, глядя на струйку водки, льющуюся в его стаканчик. — Теперь она как бы покоится в недрах земли.
— Вроде как, — кивнула Лера.
Лейтенант снова выпил, негромко отрыгнул воздух, обвел всех строгим взглядом и произнес:
— А знаете ли вы, дорогие мои, что недра, а также все, что находится в них, является государственной собственностью?
— Но-о… — протянул Дацык, намереваясь возразить.
— Никаких «но»! — жестко перебил его лейтенант. — Неважно, друг это ваш или недруг. Машина вместе с деньгами принадлежит государству. А вам, как кладоискателям, полагается двадцать пять процентов.
— Вы ошибаетесь, — сказал Альбинос, постукивая трубкой по краю скамейки, чтобы вытряхнуть угольки. — Мы ищем вовсе не клад. Мы ищем собственные деньги.
— Я сказал — двадцать пять процентов! — повысил голос лейтенант. Он отстегнул от пояса наручники и покрутил их на пальце: — Или я сейчас надену эту штуковину на руки Вацуры!
— Мы согласны, — гробовым голосом произнес Дацык.
— И еще вы будете обязаны заплатить налог с этих двадцати пяти процентов, — напомнил лейтенант. — Можете лично мне. Так вам будет удобнее… Ну и дерьмовая же у вас водка! Если все остальное такое же…
Он вынул из коробка спичку и, ковыряясь в зубах, покосился на Тучкину. Я услышал, как рядом со мной скрипнул зубами Дацык. Я посмотрел на него. Он сидел неподвижно, склонив голову, и прямо на моих глазах покрывался крупными каплями пота, будто находился в жарко натопленной парной. Дрожащая капелька повисла на кончике его носа, сорвалась и упала на край тарелки.
— А теперь покажите мне то место, где вы копаете, — сказал лейтенант, поднимаясь из-за стола и опираясь на мое плечо.
— Уже темно, — осторожно возразил Альбинос. — На леднике много трещин. Может, подождем до утра?
— Я сказал — сейчас! — огрызнулся лейтенант.
— Я вас провожу! — неожиданно вызвался Дацык. — Собственно, здесь недалеко.
— Давай! — позволил лейтенант. — И бутылочку прихвати с собой.
— Конечно! — нервно рассмеялся Дацык. — Как же без бутылочки-то?
Мы смотрели, как они не спеша спускаются к леднику. Лейтенанта немного развезло, и Дацык услужливо поддерживал его под локоть. Когда их фигуры растаяли в сумерках, Альбинос негромко выругался:
— Черт! Только мента здесь не хватало! — Он перевел на меня тяжелый взгляд. — Что ж ты так наследил, Вацура, что мента за собой привел?
— Чья бы корова мычала! — ответил я. — Я, как дворник, подгребал все ваши следы! То Дацык мне труп подкинул, то вы с Лерой на глазах у немцев чуть в задницу меня не поцеловали! Надо было заранее мозгами пошевелить, как обеспечить мне безопасность! Наворотили грязи, да еще удивляетесь, что сюда мент приперся!
— Закрой хайло! — беззлобно буркнул Альбинос, почувствовав, что я прав. — И что нам теперь с ним делать?
— Это ваши проблемы, — открестился я и повернулся к Альбиносу боком.
— Это и твои тоже проблемы, Вацура. Запомни, ты здесь уже не как жертва, а как сообщник. Ты ничем не докажешь, что мы тебя шантажировали.
К столу в очередной раз приблизилась Тучкина, и тут Лера неожиданно взвилась. Она вскочила, перекрыла Тучкиной путь и с недобрыми намерениями подбоченилась.
— А ты что ж перед милиционером кухаркой прикидывалась? — процедила она. — Тебя ведь никто не просил выгораживать нас! Почему ты не сказала, что Альбинос тебя похитил?
— Потому что не захотела! — вызывающе ответила Тучкина. — Потому что мне с ним нравится!
— Нравится? Так сейчас разонравится!
— Лера! — прикрикнул Альбинос. — Отстань от нее. Она все сделала правильно!
Лера круто повернулась к Альбиносу.
— Я хочу, чтобы она ушла отсюда! Чтобы ушла отсюда!
— А я хочу, чтобы ты ушла! — голосом, полным ненависти, ответила Тучкина.
38
Не знаю, чем бы закончилась эта очередная разборка. Но в эту минуту к столу беззвучно подошел Дацык, и обе девушки сразу замолчали. Альбинос с тревогой огляделся по сторонам и как-то странно взглянул на Дацыка. От этого взгляда у меня вдруг заныло где-то под ложечкой.