– Лично не знал, но много слышал. Ее отец – Арнольд Руммо, работал в Министерстве общего машиностроения. Что-то там связанное с секретной техникой. Он и сейчас там работает. Мать у нее врач, и еще, кажется, есть младшая сестра. Я смотрел ее личное дело, когда рекомендовал ее тебе.

– Я тоже смотрел. Но там общие фразы. И у нее не было потом никаких друзей? Я имею в виду, после развода?

– Я лично ничего не знаю. Наверное, были. Но я не слышал. Наш Геворкян решил однажды за ней приударить. Он ведь у нас считается таким «штатным» кавказским мачо. Считает, что должен переспать с каждой женщиной, которая оказывается в зоне его внимания.

– Из планового? – вспомнил Анатолий. – Я даже не знал, что он такой казанова.

– Еще какой. Но ничего не получилось. Как только он не пытался ее охмурить! Закончилось это тем, что однажды он вошел к ней в кабинет, чтобы предложить вместе поужинать. А вышел оттуда, получив оплеуху. Нужно было видеть, как он спешил по коридору. После этого все знают, что к ней лучше близко не подходить.

– Странно. Красивая женщина, – пробормотал Гудниченко.

– И умная, что встречается гораздо реже, – усмехнулся Эдик. – Но у каждого свои секреты. Может, у нее появился друг, а может, просто предыдущий муж отбил всякую охоту к другим мужчинам. Мы же ничего не знаем. Но свою работу она делает идеально, это я тебе могу авторитетно заявить. Спроси у Николая Ивановича, он тоже подтвердит.

Николай Иванович Чебалин являлся вторым вице-президентом. В отличие от молодых Гудниченко и Парина он был гораздо старше. Ему уже перевалило за пятьдесят. Это был опытный финансист, прошедший советскую школу и работавший главным бухгалтером в крупных московских организациях еще в семидесятые годы.

– Я знаю, что она справляется со своими обязанностями, – пробормотал Анатолий. – А живет она одна?

– Ну откуда я это знаю? Если хочешь, могу узнать.

– Нет, не хочу. И насчет Забелина. Пусть они проверяют все, что хотят. Мы никак не связаны с этими разборками в Санкт-Петербурге. Они нас просто не касаются.

– Конечно. Я всем так и говорю. Можно идти?

Он кивнул в знак согласия. Вечером, ровно в восемь часов, его служебный «Мерседес» подъехал к дому Татьяны Руммо. Она появилась через минуту. В светлом плаще. Он не стал выходить из салона автомобиля. Она подошла к машине и села рядом с ним, на заднее сиденье. Он почувствовал слабый аромат парфюма. В руках у нее была папка.

– Добрый вечер, – усмехнулся Анатолий. – Вы принесли свою диссертацию?

– Добрый вечер. Я решила ее захватить.

– Правильно сделали. Поедем в «Сирену», – приказал он водителю.

«Сирена» была одним из первых рыбных ресторанов в городе, который организовал известный в будущем ресторатор Новиков. Под ногами у посетителей находился стеклянный пол, где плавали рыбы. Ресторан был известен своей кухней и своими гостями, чьи фотографии вывешивались при входе. После девяносто первого года этот ресторан стал одним из символов перемен в ресторанном деле Москвы.

Они приехали в ресторан, прошли к приготовленному для них столику. Когда она сняла плащ, то оказалась в красивом светло-зеленом платье, которое идеально подчеркивало достоинства ее фигуры. Развитая грудь, очерченная талия, довольно широкие бедра. Возможно, только ноги были несколько полноваты, на вкус Анатолия, но в этом платье она выглядела на несколько лет моложе. В ресторан она забрала свою диссертацию. Он не стал возражать, только усмехнулся.

Он видел, как она сделала заказ, видел, как вела себя в ресторане. Иоланта обычно разговаривала с ним и смотрела на каждого входившего мужчину таким взглядом, словно готова была ему отдаться. Татьяна говорила только с ним и не смотрела по сторонам. Иоланта одевалась вызывающе красиво, в обтягивающие платья, пытаясь обратить на себя внимание. Татьяна выглядела более естественно. Она быстро и деловито выбрала себе основное блюдо, сказала, какую марку белого вина предпочитает. Во время ужина не отвлекалась, аккуратно работая вилкой и ножом.

Они говорили о работе, о ее диссертации, о возможностях инвестирования новых средств в перспективные направления. Наконец ему все это просто надоело. Он решил, что можно поменять тему.

– Первый раз в жизни сижу в ресторане с красивой женщиной и говорю только о служебных делах, – пошутил Анатолий.

– Вы сами выбрали себе такую собеседницу на вечер, – без тени улыбки ответила Татьяна.

– И не жалею, – ответил он. – В конце концов, я обязан знать лучше всех своих ведущих сотрудников.

– И вы всех приглашаете на ужин? – поинтересовалась она. – В том числе и Чебалина?

Оба одновременно улыбнулись.

– За ваше здоровье, – поднял он свой бокал. Она подняла свой.

– Спасибо. Я могу задать вам вопрос?

– Конечно.

– Зачем вы меня пригласили? – в упор спросила она.

Он даже смутился. Обычно во время ужина женщины не задают подобных вопросов. Но у этой характер был как у римлян, прямой и суровый.

– Хотел с вами пообщаться, – почти честно ответил он, – посчитал, что мне нужно лучше узнать вас.