.Что оставалось Сюзанне? Она пыталась, как могла, заменить им маты баловала их, пользовалась каждым представившимся случаем, чтобы шутливо взъерошить им волосы, взахлеб расхваливала их мускулы и жалобно стонала, притворно закатывая глаза, когда они стискивали ее в объятиях.

Люк при этом страшно смущался, и Сюзанна взяла себе за правило никогда не обнимать его на глазах у Ангуса, догадываясь, что мальчику будет куда приятнее выглядеть взрослым в глазах отца.

Следующим вечером, когда сонные мальчики уже забрались в постель, Ангус молча отправился в конюшню. Проводив мужа взглядом, Сюзанна какое-то время пыталась придумать предлог, чтобы присоединиться к нему, но потом махнула рукой, решив придерживаться тех принципов, к которым она привыкла.

К ее величайшему удивлению, и на другой день все шло так же замечательно, как накануне, даже еще лучше, хотя Ангус с самого утра уехал в город, лишив ее удовольствия, спрятавшись за занавеской, любоваться им из окна кухни.

Отправившись на поиски мальчиков, Сюзанна даже перепугалась немного, обнаружив Люка в корале наедине с огромным и весьма свирепым на вид вороным жеребцом.

Джонни, устроившись на крыльце, с интересом наблюдал за старшим братом. Немного поколебавшись, Сюзанна присела рядом и, обняв малыша за плечи, невозмутимо спросила:

— Разве отец не предупреждал, чтобы Люк ни в коем случае не садился на этого жеребца?

— А он и не садится — просто гладит его. Видишь? В точности как папа.

Малыш был прав. Пока Сюзанна, онемев от изумления, молча наблюдала за этой сценой. Люк, уверенным жестом похлопав жеребца по круто выгнутой шее, вытащил из кармана яблоко и, отойдя на несколько шагов в сторону, показал его жеребцу. Тот громко фыркнул и замотал головой, словно презрительно отказываясь от подачки, но Люк, нисколько не смутившись, откусил кусок, причмокивая, прожевал и снова протянул яблоко жеребцу.

— Господи, да ведь я сто раз видела, как то же самое делает ваш отец! Как ты думаешь, жеребец возьмет яблоко?

— Почему бы и нет? Если Люк все сделает правильно, конечно, возьмет.

Сюзанна с трудом сдержала улыбку.

— По-твоему, он все правильно делает?

Джонни склонил голову набок и важно произнес:

— Нет, он стоит слишком близко. А вот папа всегда точно знает, где встать.

Будто услышав эти слова. Люк сделал шаг назад, потом снова вытянул руку с огрызком яблока и вдруг сунул его в карман.

— Что он делает? — шепотом спросила Сюзанна.

— Понятия не имею.

Взяв в руки вилы, Люк принялся невозмутимо метать сено, не обращая на жеребца ни малейшего внимания.., и тут жеребец неожиданно заржал.

— По-моему, он просит яблоко, — возбужденно подпрыгивая, объявил Джонни.

— Да, похоже, ты прав.

Как завороженные они смотрели на Люка, а тот с самым безразличным видом вытащил из кармана огрызок и в третий раз протянул его огромному вороному жеребцу. Поколебавшись немного, конь сделал осторожный шажок вперед и нерешительно вытянул шею.

— Жаль, Ангус не видит, — прошептала Сюзанна.

— Он иногда наблюдает за Люком, — сообщил Джонни. — Но только когда никто его не видит.

— Правда?

— И за мной тоже. Зачем он это делает, а, Сюзанна?

— Понятия не имею. — Она легонько погладила его по плечу. — Впрочем, я сама украдкой подглядывала за вашим отцом, когда была еще совсем маленькой девочкой, — мне нравилось смотреть, как он дрессирует лошадей на ферме Монро. Обычно я пряталась в кустах, чтобы он меня не заметил и не догадался, что я по уши влюблена в него.

— Так ты думаешь.., папа поэтому наблюдает за нами?

— Надеюсь.

— Я тоже. Ух ты! Скорее глянь — Миднайт решился-таки взять яблоко!

— Господи, Люк-то! Какое у него невозмутимое лицо!

— В точности как у папы!

— Да. — Сюзанна кивнула. — Вылитый Ангус!

На лице Люка появилась горделивая усмешка, и она едва не кинулась к нему с поздравлениями, однако вовремя успела остановиться. Люк, подойдя к жеребцу, уверенным жестом потрепал его по шее, подчиняя своей воле и словно благодаря за покорность — так, как сделал бы это Ангус…

Вечером Сюзанна решила запечь на ужин окорок и вскоре убедилась, что нашла самый верный путь к сердцам своих мужчин. Окажись Ангус единственным похвалившим ее стряпню, Сюзанна заподозрила бы его в хитрости, но оба мальчугана наперебой расхваливали мясо, а самым убедительным доказательством искренности явилась та быстрота, с которой опустели их тарелки. «Мы сейчас самая обычная семья», — сияя от радости, думала она, ставя на стол румяный пирог с яблоками. Точно сговорившись, мужчины дружно застонали, уверяя, что не осилят ни кусочка, и тут же испуганно взвыли, стоило только Сюзанне пригрозить спрятать пирог до следующего дня. Нет-нет, они уж как-нибудь постараются.