Сэксон был голоден как волк.

Бутс принялся хлопотать у ржавой печи в углу. Вскоре ему удалось зажечь обломки полусгнивших половиц, которые он вырывал и ломал голыми руками. Затем поджарил бекон и хлебцы, вскипятил кофе.

Сам Бутс не съел ни кусочка, а обслуживал Сэксона, как слуга хозяина. Смущенный Джон молча принимал его услуги, потому что не знал, как от них отказаться. Кроме того, даже догадываясь о причине такого отношения к себе, он не мог не ощущать удовлетворения.

Поев, Джон откинулся на койку и закурил цигарку. Он чувствовал, что подходит к концу самый длинный день в его жизни, который словно перевешивал все прошедшие ранее годы.

Прежде чем погасить фонарь, Бутс спросил:

— Хочешь что-нибудь еще, босс?

— Нет, спасибо. Только расскажи, что произошло, когда ты пришел рассчитаться с Пасьянсом?

— То же, что произошло бы с каждым на моем месте. Когда я смотрел на него издали, то думал, что не оплошаю. Но когда подошел ближе, назвал его вором и уже был готов выхватить револьвер, в глазах его вспыхнуло желтое пламя, которое сразу же превратило меня в пепел. Всей моей храбрости как ни бывало. Я начал вытаскивать оружие, но рука мне не подчинялась. Полсотни человек в салуне видели мой позор. Пасьянс подошел ко мне, вырвал у меня револьвер и ударил по лицу, а двое его головорезов вышвырнули меня на улицу. Я даже не сопротивлялся — все происходило как во сне. А Пасьянс стоял и ухмылялся. Тогда мне даже стыдно не было — меня будто парализовало. Должно быть, так чувствует себя птица, когда змея пожирает ее глазами.

Некоторое время Сэксон лежал молча, обдумывая услышанное. Вскоре по соседству раздалось похрапывание, и он понял, что его компаньон спит. Впрочем, у него почти не было вопросов к Бутсу. Джону казалось, будто он никогда не слышал ничего более ужасного. Наконец он заснул, и всю ночь ему снились лица с гипнотическими глазами, которые смотрели на него, парализуя тело и душу.

Когда Сэксон проснулся рано утром, Бутса уже не было в хижине. Выйдя из дома босиком, Джон направился к лесу, откуда доносился шум воды, и вскоре вышел к маленькому водопаду, низвергающемуся с музыкальным рокотом в водоем, на черной поверхности которого отражался розовый рассвет. Поплавав и побрившись, он вернулся в хижину и застал там Бутса в обществе огромного негра, помогавшего ему готовить завтрак. Голова негра, сидевшая на широченных плечах, казалась маленькой, да и все черты лица выглядели мелкими, за исключением рта, то и дело расплывавшегося в улыбке.

— Это Артур Уильям Крестон, босс, — представил негра Бутс. — Артур Уильям знает, как изготовить нитроглицерин и как с ним обращаться, умеет снять с помощью мыла отпечаток с замка сейфа, а если случаются неприятности, никогда не убегает. Он на короткой ноге и с револьвером, и с ружьем, а в драке просто незаменим. Возьмешь его, босс?

В ожидании ответа улыбка на лице Артура Уильяма Крестона слегка потускнела. Джон окинул его взглядом. Конечно, ему пригодятся эти могучие плечи, покуда у него имеется такой враг, как Пасьянс.

— Полагаюсь на твое суждение, Бутс, — отреагировал Сэксон. — Артур мне нравится. — Он протянул ему руку. — Если хочешь к нам присоединиться, мы будем тебе рады.

Рукопожатие Крестона едва не переломало Джону пальцы.

— Теперь нам нечего бояться! — заявил негр. — Нас трое, и мы способны на все!

— Только не подсказывай боссу, что ему делать, — предупредил его Бутс.

— Простите, сэр, — сразу же извинился Артур Уильям.

Они позавтракали, и Бутс велел негру оседлать трех лошадей. Крестон вышел, весело напевая, а у Сэксона появилась возможность спросить:

— Что у тебя на уме, Бутс?

— Скоро нам понадобятся деньги, — ответил тот. — У меня есть около сотни, но этого хватит ненадолго. Смотри! — Вынув письмо, он развернул его и на обратной чистой стороне листа начал быстро чертить, поясняя: — Вот Блувотерские горы. Вот сам Блувотер. В этом углу Ферфакс, а здесь Расти-Галч. Во всех трех городах есть банки. Тут проходит железная дорога, по которой постоянно перевозят деньги. Так курсируют дилижансы между Блувотером и Ферфаксом — в багажном отделении каждого полно золота. А в этом месте можно разжиться скотом. Это страна изобилия, босс, но и страна многих неприятностей.

— Продолжай, — попросил Сэксон. — Только учти, я еще не стал грабителем банков и скотокрадом, поэтому некоторые неприятности можешь исключить.

— Ты знаешь округ Стиллмен?

— Никогда там не бывал.

— Шериф Кокрейн с большим отрядом охотится там за Пасьянсом. Но Пасьянса в этом округе нет — он перебрался к верховьям Блувотер-Крик и старается не высовываться, так как при нем куча наличных после налетов в Стиллмене и других местах. Пасьянс проделал три рейда за три недели и каждый раз проливал кровь!

Джон Сэксон уставился на последний крестик, поставленный Бутсом на чертеже. В голову ему внезапно пришла идея.

— Вот здесь нас поджидают и деньги и неприятности, — заявил он.

— О чем ты? — не понял Бутс.

— Ты хочешь разделаться с Пасьянсом. Я тоже — пока он не разделался со мной. А когда мы покончим с Пасьянсом, у нас будет куча денег. Тебя это устраивает?

Бутс выпучил глаза.

— Ты имеешь в виду, что хочешь практически с голыми руками напасть на банду Пасьянса? — наконец пробормотал он.