Пока г-н де Маранд объяснялся с Жаном Робером, посмотрим, что происходило у г-на де Вальженеза или, вернее, вне стен его особняка.

Лоредан, как мы сказали, улизнул из особняка г-жи де Маранд, но имел неловкость, слишком торопливо сбегая с лестницы, налететь на г-на де Маранда и выбить у него из рук свечу и портфель.

Как ни торопился Лоредан исчезнуть, он почти был уверен, что банкир его узнал. Во всяком случае, у него не оставалось сомнений, что Жан Робер успел его как следует рассмотреть.

И рассчитывал увидеть поутру кого-нибудь из них, а может быть, и сразу обоих.

Но он полагал, что к нему могут явиться с визитом не раньше девяти часов утра. Итак, у него было время получить некоторые сведения, что в его положении могло оказаться чрезвычайно важным.

И он стал ждать мадемуазель Натали.

Около семи часов утра он вышел пешком из особняка, прыгнул в кабриолет и приказал отвезти себя на улицу Лаффит, где, как он полагал, хозяева еще не вставали. Тем легче ему было бы встретиться с камеристкой.

Случай помог г-ну де Вальженезу так, как он не мог и мечтать: когда он подъехал к особняку, мадемуазель Натали выходила оттуда с вещами.

Господин де Вальженез помахал ей из кабриолета рукой.

Камеристка узнала его и подбежала к кабриолету.

– Ах, сударь! – сказала она. – Какая удача, что я вас встретила!

– А я скажу тебе больше, – отвечал молодой человек, – я приехал ради тебя. Ну, что там?

– Она меня выгнала, – пожаловалась камеристка.

– И куда ты направляешься?

– Да в какую-нибудь гостиницу – дождаться полудня.

– А что ты намерена делать днем?

– Пойду к мадемуазель и попрошу принять участие в моей судьбе. Ведь прогнали-то меня из-за вас: я исполняла ваши приказания.

– Зачем тебе ждать до полудня? Сюзанна встает рано.

Расскажи ей, что с тобой произошло, она снова примет тебя к себе в услужение. Я же со своей стороны должен заплатить тебе неустойку, и ты свое получишь, будь покойна.

– Да я и не волновалась. Я знала, что господин справедлив и не оставит меня на улице.

– Расскажи, что произошло после моего ухода.

– Госпожа де Маранд устроила господину Жану Роберу сцену, и тот поклялся, что не станет с вами драться.

– А ты сама веришь в клятвы поэта?

– Нет. Должно быть, он сейчас у вас.

– Я только что выехал из дома, он там еще не появлялся.

Ну а что было дальше?

– Потом госпожа де Маранд спустилась к себе в спальню, там она меня и рассчитала.

– И?..

– Не успела она лечь, как вошел господин де Маранд.

– Куда?

– В спальню к жене.

– Неужели? Ты же говорила, что он почти никогда туда не заходит?

– Похоже, он делает исключение, когда того требуют обстоятельства.

– Ты знаешь, зачем он заходил к жене?

– О, не беспокойтесь! – вызывающе рассмеялась Натали, словно Мартон времен Людовика XV. – Никакого важного дела у него не было.

– Уф! У меня прямо гора свалилась с плеч, детка! Зачем же он все-таки заходил? Отвечай!

– Он зашел успокоить госпожу де Маранд.

– Как ты это понимаешь? Ну, договаривай? Ты же наверняка подслушивала под дверью!

– Если я это и делала, то исключительно ради того, чтобы оказать вам услугу, клянусь!

– Ах, черт побери! И о чем же они говорили?

– Если я правильно поняла, господин де Маранд принял сторону господина Жана Робера.

– Вот образцовый муж, Натали! Это не человек, а находка.

Итак, он успокоил жену, принял сторону господина Жана Робера и?..

– …почтительно поцеловав жене руку, удалился к себе неслышными шагами.

– Так, так! Значит, «буду иметь дело с ним?

– Могу поклясться, что так.

– В таком случае не стоит заставлять его ждать. Если бы у меня была крытая коляска, я взял бы тебя с собой, детка. Но ты же понимаешь, что в кабриолете… Невозможно! Садись в фиакр и поезжай за мной.

– Итак, господин предупрежден.

– Да, Натали, а кто предупрежден, тот почти выиграл дело.

Господин де Вальженез дал кучеру адрес, и кабриолет покатил в его особняк.

Вот что произошло с г-ном де Вальженезом на утренней прогулке.