Но как только Мэгги практически достигла вершины наслаждения, из комнаты раздался крик Марвина.

Рен с проклятием отстранился от Маргариты.

– Что случилось? – спросила она, наполовину испугавшись, что за ними опять кто-то пришел.

– Он говорит, что кто-то заезжает на подъездную дорожку.

Маргарита нахмурилась. Они никого не ждали. Она уже сказала Тодду, Блейну и остальным, что ее больше не интересует их компания.

Кто бы это мог быть?

Она застегнула блузку, в то время как Рен надел штаны. И как только она закончила поправлять юбку, раздался стук в дверь.

Маргарита обменялась с Реном хмурым взглядом и направилась в сторону двери. Но стоило ей открыть ее, как она тут же захотела ее захлопнуть.

На пороге ее ждал отец и по обе стороны от него два агента секретной службы. Все трое были одеты в черные костюмы, символизирующие власть. Стоя на крыльце, они производили поистине неизгладимое впечатление.

– О, кто к нам пожаловал, – произнесла она на одном дыхании. – Вы ведь из «Секретных материалов»54.

Отец смерил ее возмущенным взглядом.

– Не шутите со мной, юная леди. Имеешь ли ты хоть малейшее представление о том, как нарушила мои планы? У меня нет времени летать сюда и проверять, что с тобой происходит, почему ты не посещаешь лекции и бросаешь трубку, когда я с тобой разговариваю.

Маргарита устало вздохнула, окидывая его скучающим взглядом. Не говоря ни слова, она оставила двери открытыми и беспечно направилась к столику. Она посмотрела на Рена и послала ему безмолвное предупреждение: «Я справлюсь с этим».

Рен выглядел не сильно обрадованным таким решением. «Ты уверена?»

Мэгги кивнула, ощущая при этом его недовольство, вызванное отцовской вспышкой гнева.

Отец скривил губы, войдя в дом с сопровождавшими его мужчинами.

– И что это за одежда на тебе, Маргарита? Ты похожа на проститутку.

Мэгги взглянула вниз на свою черную мини-юбку и туфли на высоком каблуке. Она купила этот наряд только вчера после того, как Рен сказал ей, что обожает смотреть на ее ноги. Бордовая шелковая блузка была немного в обтяжку, но сидела отлично. Она едва ли походила на проститутку.

И почувствовала, как глубоко внутри закипает гнев. Ей не тринадцать, и этот человек больше не управляет ее жизнью.

– Да, но вопрос в том, отец, – выгляжу ли я похожей на дешевую проститутку или дорогую?

– Ты не похожа ни на одну из них, – зарычал Рен.

Она улыбнулась ему.

Ее отец скривил рот в отвращении при виде Рена.

– Это и есть тот помощничек официанта, с которым ты шляешься?

Маргарита подошла к Рену, и он заключил ее в объятия.

– Да, папа. Это мой помощник официанта, и я люблю его. Мы собираемся пожениться в конце месяца.

Отец сделал угрожающий шаг в ее сторону.

Маргарита почувствовала напряжение Рена, готового к битве. «Он мой, любимый, дай мне самой с ним разобраться».

Рен успокоился, правда, совсем чуть-чуть.

– О чем, ради всего святого, ты думаешь? – зарычал отец.

Маргарита не собиралась оправдываться.

– Это моя жизнь, пап, и впредь я собираюсь жить сама. Мне будет по-настоящему приятно, если ты будешь ее частью, но если не сможешь – отлично. Я устала угождать тебе.

Его красивое лицо окаменело.

– Послушай, что я тебе скажу, юная леди. Твоя жизнь в моих руках. Этот дом, эта машина, учебное заведение, которое ты посещаешь… Ты не можешь позволить себе даже заплатить счет за сотовый. Если выйдешь замуж за этого бродягу, то вылетишь из дома. Я закрою все твои счета так быстро, что ты и глазом моргнуть не успеешь.

– Прекрасно, – ответила она скучающим тоном. – Тогда мы переедем.

Ее отец выглядел так, будто испытывал тошноту.

– И куда же ты пойдешь? Ох, подожди, я совсем забыл. Ты можешь пойти в любое место, где требуется помощник официанта, чтобы протирать столы. Подумай об этом, Маргарита, не будь дурой. Не отказывайся от своей жизни ради дешевого куска мусора, который ты подобрала в баре. Любовью сыт не будешь. Она не накормит тебя и не защитит.

– Ты ошибаешься, пап. Рен может и будет меня защищать.

Его лицо исказилось от гнева.

– Черт тебя побери! После всего того, что я сделал для тебя… дал тебе. Как ты смеешь плевать мне в лицо? И ради кого? Значит, вот таким способом ты решила мне отплатить?

– Дело не в тебе, папа. Речь идет обо мне и Рене. И ты не имеешь никакого отношения к моим чувствам к Рену. Никакого.

Он сузил глаза на них.

– Я хочу, чтобы завтра вы оба покинули этот дом.

– Отлично.