Нора, как старшая, первая выступила вперед поприветствовать нас, но речей говорить не стала.

— Хорошо, что вы вернулись, — она обняла меня, Ярату хотела пожать руку, но вместо этого дружески похлопала по плечу. Саоми что-то ответил ей, но я-то видела, что разноцветные глаза смотрят через плечо Норы.

— Ярат! — Нэли вдруг сорвалась с места и, подбежав к саоми, замерла перед ним. В синих глазах девушки стояли слезы, но вот капля за каплей поползли по щекам. Нэлия пыталась произнести какие-то слова, но вместо этого всхлипнула и, качнувшись вперед, спрятала лицо на груди Ярата.

— Нэли…

Руки саоми нерешительно замерли, но он все-таки обнял девушку, очень осторожно, едва касаясь ее спины и плеч.

— Их увезли!.. — я стояла рядом и слышала дрожащий от слез Нэлин голос. — Их увезли, Эрвина и Айлана. И Арена тоже. Их посадят в тюрьму! Это так страшно, так страшно… Ярат, ты ведь можешь им помочь, правда? Ты ведь спасешь их?

— Да, конечно, — тихо ответил саоми. — Конечно, мы их спасем. Не плач, Нэли, не плач…

Ярат неуверенно дотронулся до волос Нэлии, успокаивающе провел по ним ладонью. Сейчас для него не существовало никого и ничего, кроме девушки, плачущей на его груди и умоляющей помочь… И ведь Нэлия верила, что именно Ярат сможет исполнить ее просьбу.

— Пожалуйста, пожалуйста, помоги им…

Наблюдать за ними мне не хотелось, и я, воспользовавшись приглашением Норы, пошла вперед.

— Господин Шан, — войдя в рабочий кабинет главы тайной полиции, молодой человек поклонился и застыл на пороге. Самрит Шан в роскошном фиолетовом кафтане, расшитом золотом и аметистами, поднялся из-за массивного стола, обошел его и остановился напротив гонца.

— Слушаю тебя.

— Саоми Ярату удалось сбежать. Ему помогли местные, некий мастер Элиф, который, как предположил господин Стиг, и есть тот самый Рион Манн, которого мы искали в Эште.

— Вот как? — начальник тайной полиции погладил аккуратно подстриженные усы. — Значит, Манн нашелся?

— Вероятно да, господин.

— Вы знаете, куда они направляются? Стиг организовал погоню?

— Господина Стига взяли в плен.

Некоторое время Шан молча смотрел на вестника. Потом задумчиво перевел взгляд на картину, изображавшую море и корабль с имперским флагом.

— Я не ослышался? Стиг позволил взять себя в плен?

Гонец ответил с заминкой:

— Так точно, господин.

Корабль качало на волнах, ветер крепчал, а матросы не спешили убирать паруса. Вот-вот станет поздно… Господин Шан оторвал взгляд от картины.

— Вы свободны.

Поклонившись, вестник вышел. Самрит Шан остался один. Подойдя к окну, он отодвинул тяжелую занавеску и смотрел на парк императорского дворца с прямыми аллеями, ровно подстриженными кустарниками, статуями, бассейнами и фонтанами. Это зрелище казалось нарисованной на листе плотной бумаги картинкой, и даже фигурки людей, спешно передвигающихся по аллейкам и дорожкам, были будто ненастоящими, неживыми.

Вернувшись к столу, Самрит позвонил в колокольчик и коротко бросил вошедшему секретарю:

— Господина Туона ко мне.

Через несколько минут в кабинете появился человек в темно-зеленом кафтане, далеко не таком роскошном как у главы тайной полиции.

— Этого волошца уже везут в столицу? — тут же спросил Шан.

— Да, господин. Как вы и приказали.

— Хорошо. Есть новости от арантов?

— После известия о завершении операции гонцов не было. Если что — направлю сразу к вам.

Самрит Шан кивнул, сделал несколько шагов по узорчатому ковру.

— Даен Вонг? — спросил он.

— Ищем…

— Ищите скорее! И отправьте нескольких людей в Эште. Есть информация о подполье, пусть проверят.

— Будет сделано, господин.

Жестом отпустив Туона, Самрит Шан снова подошел к картине. Почему-то с каждым днем уверенность в том, что капитан сумеет привести свой корабль в порт, сменялась сомнениями и сожалением, что такой величественный бриг с флагом тамойской империи может потонуть в поднимающихся волнах.

— Ты был лучшим моим учеником, Стиг, — произнес Шан, его взгляд блуждал теперь по расцвеченному закатными красками нарисованному небу. — Но я все-таки не знаю тебя достаточно хорошо. Если ты по-прежнему верен мне, ты поймешь.

Даен и Серхат стояли под старой грушей. Звездочки мелких снежинок полупрозрачной завесой скрывали их от прохожих, но глазам саоми не мешали такие мелочи, как снег или вечерние сумерки. Он хорошо видел увлеченно беседующую о чем-то пару, но отвел взгляд, когда Серхат вдруг бросилась на шею Вонга, обвив его руками. Отголосок звонкого смеха донесся до Ярата словно откуда-то из другого мира. Когда саоми снова обернулся, они целовались, не обращая внимания на усиливающийся снегопад.