— Естественно. Это же твой знакомый.

Через полчаса за нами приехал транспорт, похожий на большой танк времен «Бури в пустыне». Между «Натальей» и его боковой дверцей было всего десять метров, но пока мы преодолели это расстояние, то насквозь промокли от пота. Местная атмосфера более всего напоминала баню. Наверное, нелегко тут приходится людям с излишним весом или с больным сердцем.

«Танк» высадил нас около небольшого ангара и уехал, а мы пошли внутрь.

Кондиционеры в торговом филиале работали во всю мощь, но этого не хватало. Температура не падала ниже тридцати градусов.

Обстановка воображения не поражала. Никаких открытых ящиков с контрабандными товарами, гор оружия, сундуков с драгоценными камнями и закованных в цепи невольниц. И человек, который нас встретил, был больше похож на обычного конторского клерка, а не на опасного головореза, привыкшего брать корабли на абордаж и подставлять свое лицо галактическим ветрам.

Никакой романтики в будущем. Даже пираты не внушают.

И торговый филиал похож на какой-то подмосковный склад организации, торгующей чем-то весьма банальным. Вроде тушенки или туалетной бумаги.

— Рад приветствовать вас в Пекле, — сообщил клерк. Наверное, таким же тоном на том свете говорят «Добро пожаловать в ад». — Торговый дом барона Хэммонда постарается удовлетворить все ваши запросы и…

— У нас очень простые запросы, — сказал Азим. — Нам надо поговорить с Раджем.

— Боюсь, вас неправильно информировали о том, как тут делаются дела, — сказал клерк. — Барон сам с покупателями не разговаривает.

— Сдается мне, это зависит от покупателей, — сказал Азим. — И от предмета торговли. Скажи ему, что здесь сержант.

— Э-э-э… сержант кто?

— Просто сержант. Он поймет.

— Вы хотите сказать, что знакомы с бароном?

— Ну да, — сказал Азим. — Примерно что-то такое я и хотел сказать.

— Подождите. — Клерк скрылся в подсобном помещении.

— Нам повезло, что этот Хэммонд вообще на планете, — сказал я. — Хороши бы мы были, если бы не застали его здесь.

— Никакого везения, — хмыкнул Азим. — Он не вылезает из этой забытой Аллахом дыры уже двадцать с лишним лет. У него слишком опасный бизнес, который надо контролировать чуть ли не ежесекундно.

— Не хотел бы я заниматься таким бизнесом, — сказал я.

— Да, — согласился Азим. — Наше с тобой положение сейчас куда лучше.

— Твой сарказм неуместен. Мы такое положение не выбирали, нас обстоятельства вынудили.

— Все так говорят, — сказал Азим. — Особенно здесь.

Клерк вернулся через несколько минут.

— Радж спрашивает, сколько человек было в шлюпке, — сказал он. — Он сказал, вы поймете.

— Шестеро.

— Спасибо.

Клерк снова ушел.

— Сомневаюсь, что он разговаривает с Раджем напрямую, — сказал Азим. — Наверняка на том конце такой же парень, только рангом чуть повыше, который и передает информацию Раджу. Так что наше ожидание может затянуться.

— Что за шестеро в шлюпке?

— Дела давно минувших дней, — сказал Азим.

— Я все думаю: если Асад был агентом по специальным поручениям на побегушках у своего отца, а ты все время был рядом с ним, почему в итоге он решил тобой пожертвовать? Ты кажешься мне очень ценным сотрудником.

— Для достоверности, — буркнул Азим. — Или потому что я действительно стал слишком близок к нему и слишком много знаю. Не надо об этом здесь.

— Хорошо. — Я заткнулся.

Действительно, не самое подходящее время, чтобы обсуждать очередную теорию заговора.

Клерк на этот раз отсутствовал гораздо дольше и явился пред наши очи только минут через двадцать.

— Вам придется подождать пару часов, — сказал он. — Радж сейчас в своей загородной резиденции, и он выслал за вами флаер.

— Пару часов? Где же у него резиденция? В другом полушарии? Раньше бароны жили чуть ли не на космодроме.

— Последнее время бароны не любят жить рядом с космодромом, — сказал клерк. — Времена меняются.

— Мы предпочли бы подождать на борту своего корабля, — сказал Азим. — Там хоть климатическая установка в порядке.

— Конечно, — согласился клерк. — Я сейчас же вызову транспорт.

Судя по присланному за нами лимузину, дела у барона Хэммонда шли неплохо.

Длинный сигарообразный флаер с неизвестной мне эмблемой на борту приземлился прямо на космодроме, рядом с нашим кораблем, так что воспользоваться услугами пустынного «танка» еще раз нам не пришлось. В салоне флаера было прохладно. Отсек водителя был отделен непрозрачной перегородкой, и мы понятия не имели, кто управляет этой штуковиной.