Девушка улыбнулась и покачала головой.

Чёрт. «Тебе это не нужно», - напомнил себе Никита. Но тело опять не согласилось.

— Ладно. – Выдохнул он. – У меня была женщина, которой я хранил верность. Если ты об этом.

Теперь она посмотрела на него внимательно и серьёзно, как будто видела в его лице что-то такое, чего в нём раньше не было.

— Это на ней ты был женат? – Спросила Даша и тут же поправилась. – Ой, прости, просто слышала об этом… где-то.

— Да. – Плахов отвёл взгляд в сторону, но и тут наткнулся на отражение своей спутницы в витрине. Закатное солнце проливалось на её плечи и путалось в волосах. Но тепло шло не от него, а от самой девушки. – Я счастливо разведённый, так бывает.

— И почему вы расстались?

Он посмотрел на Дашу. «Серьёзно?» Но, похоже, эти вопросы её не смущали.

— Она нашла кого-то лучше.

— Она? – Девушка выглядела удивлённой.

— Да, а что тебя смущает?

— Не знаю. – Даша пожали плечами. – Я, если честно, подумала, что это ты её бросил. Ну… понял, что не сможешь жить всю жизнь с одной женщиной, когда вокруг их… вон сколько. – Девушка кивнула в сторону.

Никита даже не проследил за её взглядом.

— Всё до пошлого банально: я застал её с другим.

— Ничего себе. Так вот, в чём дело. Ты не хочешь строить отношения, потому что боишься, что тебе снова разобьют сердце?

— Боже, только давай без диагнозов?

— Извини.

— На самом деле, всё просто. Я не хочу. У меня не та работа, с которой можно заводить отношения. Она реально опасная и низкооплачиваемая, хоть никто об этом и не говорит. Я могу быть хорошим пожарным и спасать жизни, но всегда буду недостаточно хорош для жизни с женщиной.

— Но ты любишь эту работу. – Скорее не спросила, а подытожила Даша.

— Да. Вот, смотри. – Он закатал рукав рубашки и показал ей руку. – Когда я проходил комиссию, меня чуть не завернули из-за этих шрамов на запястье. Психиатр, думал, мне в дурку надо: решил, что это следы от лезвий – типа я хотел вскрыть себе вены. Мне с трудом удалось доказать, что это окалины от сварки. Я начал подрабатывать ещё в старших классах: после занятий возился с тачками в гараже. Когда варишь днище, искры падают прямо в рукава – отсюда и шрамы. Я бы не пережил, если бы мне не дали допуск.

— И ты ни разу не жалел?

— Сейчас у меня отметины по всему телу, но я всё ещё не жалею. Это моё призвание. – Он пожал плечами. – Так бывает.

— А в тот раз? – Её большие глаза отливали янтарём на солнце. – Когда ты спас Льва.

Никита сделал глубокий вдох, затем резко выдохнул.

— Будешь мороженое?

— Давай. – Кивнула Даша, кажется, слегка разочарованная его уходом от ответа.

Плахов взял в лотке эскимо для неё и бутылку газировки для себя. Отдал ей мороженое, сделал глоток холодного напитка и ответил со вздохом:

— Если бы сейчас всё повторилось, я поступил бы также. Ты не думаешь в этот момент, просто действуешь на автомате. – Никита сделал ещё глоток. – Сначала оглушительный взрыв, затем сверху полетели огненные обломки. Это всё, что я помню. Ну, и ещё, как накрыл собой Царёва. И потом боль. И пламя, пожирающее плоть даже через боёвку. – Он посмотрел на девушку и улыбнулся. – И всё. Я отключился.

— А потом?

— А потом очнулся в больнице.

Видимо, изображать беззаботность у него получалось плохо, потому что Даша продолжала хмуриться, глядя на него. Она даже про мороженое забыла.

— И всё?

— Всё.

— А честно?

Никита шумно выдохнул.

— Да не люблю я это вспоминать. Обезболивающее, перевязки, таблетки, потом физио и куча другой фигни. Много-много месяцев. Но главное, что всё позади.

— Ты боишься, что такое ещё повторится? – Как-то по-доброму и даже наивно спросила девушка.

— Да, доктор! Боюсь! – Отшутился он. Затем, пройдя с десяток шагов, покачал головой. – Поэтому я и сказал, что с моей работой лучше не заводить никаких отношений. Каждую смену бывает что-то опасное. Или сложное. Или ужасное. Или тяжелое. Бывает, и от этого никуда не деться. Но кто-то же должен делать эту работу, правильно?

— Ты спасаешь жизни.

— Это да. – Плахов посмотрел на неё с удивлением. И как у неё получилось проникнуть так глубоко? Вытянуть из него столь многое. – Но не всегда хорошие. Представь только, на прошлой смене я спас из огня мужика. Тот никак не хотел отпускать свой чёртов рюкзак. Думаю, ну и хрен с ним. Но, оказавшись на воздухе, он вместо того, чтобы дать осмотреть себя медикам, припустил вдоль улицы. Как позже оказалось – вор. И я помог ему вынести награбленное!

— Серьёзно? – Рассмеялась девушка.