Неделя в столице прошла в ожидании. Что-что, а ждать Сергей привык. Лежал на жесткой кровати в густонаселенной комнате общаги Минобороны и читал стихи. По памяти, на французском. Романтиков он домучил. Однако начал с мизантропичного Бодлера.

Соседи, сначала пытавшиеся разговорить непонятного здоровяка, быстро отстали и вовсе не обращали внимания на неподвижное тело.

Получив в бухгалтерии кадров стопку тысячных купюр, невесело усмехнулся: "В аккурат месячный заработок за штамповку номеров в Гамбурге". Однако сложил купюры в потертый, прошедший с ним все тюрьмы бумажник и навсегда покинул здание с лепными звездами на фасадах.

"А ля гер ком а ля гер.
– Сергей искренне не понимал людей, считающих, что государство обязано кому-то помогать.
– Не закопали и на том спасибо. А жизнь вообще несправедливая штука, хотя бы своей конечностью", - невесело усмехнулся разведчик.

И вот теперь, на исходе четвертых суток, он лежал на верхней полке плацкартного вагона скорого поезда, везущего состав в город детства. Захолустный сибирский городишко, возникший в конце прошлого века, благодаря судьбе и посредственному писателю, который по совместительству был неплохим инженером, превратился сперва в уездный, а после и в миллионный город, раскинувшийся по обоим берегам великой реки.

Следовать совету и отспаривать безвозвратно потерянное жилье Сергей, как здравомыслящий человек, даже и не собирался. Квартира давным-давно продана, и добросовестный правоприобретатель с дорогой душой пошлет новоявленного претендента. Потихоньку заснул.

Разбудила проводница: - Подъезжаем, сдаем белье, - со сна чуть гундосо повторяла она, заглядывая в отсеки.

– Эй, мужчина, - положившая глаз на молчаливого здоровяка хохлушка тронула могучее плечо спящего: - Вставай, через час станция.

– Спасибо, красавица, - приученный западным двуличием, оскалился тот, - спускаюсь.

– Ты не спеши. Успеешь, народу-то никого.
– Как могла, обхаживала молодуха интересного своей загадочностью пассажира. Опыт не пропьешь, проводники тоже психологи. А дорога быстро раскрывает людей. Но вот этот, за все пять дней пути, так и остался загадкой. Она поправила уложенную специально для такого случая прическу. "Шрам вот только...
– подумалось незамужней проводнице.
– Да мужику с такой меткой вовсе не зазорно. Даже наоборот... " - она не стала додумывать и продолжила атаку: - Чайку не хочешь?
– и, не дожидаясь ответа, закончила - Пойди, умойся, а я пока спроворю.

Сергей поблагодарил хозяйку и, сохраняя непроницаемое лицо, спрыгнул вниз. Аккуратно приземлился с детской высоты, захватил полотенце и отправился в конец вагона.

Маневры шустрой проводницы были ясны и понятны.

"А впрочем, в моем положении, выбирать не приходится. Хотя, начинать карьеру альфонса в тридцать с хвостиком поздновато. Да ладно, чай не под венец", - улыбнулся Сергей зеркалу. Сполоснул лицо и расчесал седоватый бобрик коротких волос: "Не Ален Делон, чего тут скрывать. Так с лица оно не воду пить".

Разговор, легкий и необязательный, завершился предсказуемо:

– Помочь? Да запросто. Багажа у меня всего ничего.

Договорились, что помощник встретит ее у ворот депо через час после прихода поезда.

Поезд миновал темные еще спальные районы, простучал по мосту, ставшему одним из символов города, и осторожно причалил к высокой платформе вокзала.

– Так, значит, в девять, - напомнила проводница.

– В девять, - согласился отставной военный.
– А кому какое дело, что в документах стоит дата десятилетней давности? Выданы-то проездные от минобороны сейчас. Так что никакого вранья.

Приняв у раскрасневшейся от быстрого шага женщины пару тяжелых сумок, поинтересовался.
– А не боязно, вдруг сбегу?

– Ты?
– она глянула неожиданно серьезно.
– В лоб закатать можешь, это точно. С твоими кувалдами и наган не нужен, а вот сбегать? Вряд ли, - она смущенно улыбнулась.
– Да и про лоб - это я погорячилась. Мы, проводники, тоже психологи, людей всяких повидали.

Сергей согласно кивнул: - Тогда, пошли. Куда?
– покрутил головой в поисках стоянки такси.

– Да тут рядом, - она кивнула на ведомственную стоянку.
– Там ставлю. Нам со скидкой.
– Прошла через турникет, и, уже спустя несколько минут, из ворот выехала серенькая, но вполне ухоженная, десятка.

– Грузи, - открыла багажник водительница, стрельнула искоса подведенными глазами.

– Ты, вот что, садись со мной. А то на восьмой этаж тащить ...
– бесхитростно предложила Люся.

– Ну, куда же деваться? Помогать, так помогать.
– Сергей отворил непривычно тугую дверку.