Шрифт:
— Так вы знаете, где они?
— Убегали, когда пришли вы, британские солдаты. — Он указал рукой на север.
Остальные трое туземцев тоже закивали и показали руками на север.
— Сколько японцев убегало? — спросил Велмэн, тщательно выговаривая слова.
— Мы не любить японцев. Плохие люди. Забирали наша курица.
— Сколько японцев?
Ланселот озадаченно посмотрел на него и переговорил со своими земляками.
— Много. Много тысяча.
Велмэн закашлялся.
— Не стоит так волноваться, майор, — успокоил его Хаксли. — Вряд ли они умеют считать даже до ста.
— Очень рад, что пришли британцы, — торжественно объявил Ланселот.
— Мы не британцы, мы американцы.
— Не британцы? — лицо у Ланселота разочарованно вытянулось.
— Не британцы? — хором повторили трое остальных.
— Мы хорошие друзья британцев... американцы... друзья британцев, — пояснил Хаксли.
— Ну да еще чего не хватало, — пробормотал Велмэн.
— Боже храни короля, нет? — спросил Ланселот.
— Боже храни короля, — кивнул Хаксли, и четверо туземцев радостно заулыбались.
— Мы идти с вами. Помогать искать плохие японцы.
Хаксли вопросительно взглянул на Велмэна.
— Что скажете, майор?
— Пусть идут.
— Хорошо. — Хаксли повернулся к аборигенам. — Вы идти с нами. Вы слушать меня или я посылать вас обратно.
— У нас есть кокосовые орехи для мериканца. Мы нести ящики.
После этого замечания наши симпатии к туземцам возросли ровно вдвое.
— Ладно! Кончай базар! Становись!
Теперь, когда мы шли без разведчиков, необходимо было выслать вперед взвод, который выполнял бы роль передового охранения.
Мы прошли несколько сот ярдов, когда к штабной роте почти галопом примчались капитан Шапиро и старшина его роты Маккуэйд.
Шапиро чуть ли не силой уволок Хаксли в сторону.
— В чем дело, полковник?! — яростно прошипел он. — Вчера в авангарде шла вторая рота, сегодня первая, а моих овечек приберегаете для похоронной команды?
— Не кипятись, Макс.
— Мои ребята недовольны.
— По моим расчетам, Макс, марш продлится еще сутки, прежде чем мы достигнем последнего острова — Коры. И завтра как раз твоя очередь идти в авангарде, — подмигнул Шапиро полковник.
— Надеюсь, что Вистлер не найдет японцев сегодня.
— Не волнуйся. Их хватит на всех.
— Ладно. Только не забудь, Сэм, завтра моя очередь.
Хаксли чуть улыбнулся, провожая взглядом громадного толстого сержанта и маленького плотного капитана, направлявшихся обратно к своей роте. Он был уверен, что именно третья рота найдет японцев, потому и спланировал очередность авангарда таким образом, чтобы последний день достался Шапиро. Похоже, он не ошибся в своих надеждах на капитана. Шапиро действительно сделал из третьей роты крутое подразделение.
Хаксли нахмурился. Шапиро, очевидно, что-то вспомнив, возвращался назад.
— Прошу прощения, полковник, совсем забыл. Могу ли я просить вас об одолжении?
— Разумеется.
— Сэм, будь другом, забери у меня это золотце Брюса, как только мы вступим в бой, ладно? Или пошли его носить ящики.
— Тише, Макс, не так громко.
— Я понимаю, что ты прислал его ко мне, чтобы я сделал из него хотя бы подобие офицера, но это безнадежно, Сэм.
— Ладно, Макс, поговорим вечером.
Глава 6
И снова впереди бесконечные мили и бесчисленные островки. Несколько раз видели брошенные хижины, но уже не останавливались, чтобы осмотреть их. Вскоре к нам начали присоединяться и другие туземцы, друзья Ланселота. Их набралось человек пятьдесят, такие же рослые и здоровые, чего не скажешь о собаках, которых они привели с собой. То есть собаки были большие и с виду свирепые, но страшно худые. Очевидно, кокосовые орехи не шли им впрок. Зато сегодня у них был праздник, поскольку морпехи братски поделились с ними остатками еды.
Хотя мы шли налегке, но тем не менее каждый нес две фляги воды, индивидуальный пакет, мачете, штык-нож, саперную лопатку, одеяло, компас, две сотни патронов и четыре гранаты. Добавьте к этому радиостанцию и генератор, которые тащили мои ребята, и поймете, что помощь туземцев, предложивших свои услуги в качестве носильщиков, оказалась весьма кстати. На первом же привале туземцы мигом собрали целую гору кокосовых орехов, и мы с наслаждением пили прохладный сок.
Капитан Вистлер, идущий в авангарде, вернулся к Хаксли.