Шрифт:
– Ты меня слышишь?
Это был Эйдар. Он стоял рядом. Видимо выждал момент, когда отойдут другие салигарды…
– Да.
Он говорил с оглядкой, с опаской, Лана догадалась по интонации:
– Как ты себя чувствуешь?-спросил он.
– Хорошо,-ответила принцесса без лукавства. Теперь она, действительно, стала чувствовать себя лучше и даже немного заволновалась, когда салигард подошел к ней ближе, чтобы ослабить стягивающие ее запястья веревки.
– Завтра тебя судить будут.
– Я знаю.
– Вечно светлый Салар…
– Только он один судия - я знаю.
– Ты не веришь в это… Ты другая… Нездешняя…
– За это нельзя казнить…
– Еще ничего неизвестно…
– Да нет… Все известно… Эйдар… И тебе тоже…
– Завтра на рассвете тебя осудят прилюдно и, если вечно светлый решит, сожгут…
– И Асмабику тоже?
– Кого?
Лана не сразу поняла, что зря обмолвилась…
– Ты… Знаешь эту ведьму?!!
Даже не видя его глаз, принцесса поняла, что он испуган и разочарован. Раз она знала имя этой ведьмы, знакома с ней - значит - все только подтверждается…
Лана попыталась спасти положение:
– Она не ведьма,-произнесла она с чувством, на которое только была способна.-Эта девушка, что вы держите здесь, я знаю ее очень хорошо… она… мы не ведьмы…
Мы никогда не служили вечно темному…
– А я-то думал..,-произнес рыцарь взволнованно,- я еще сомневался…
Он стал пятиться прочь от нее. Принцесса услышала, как удаляются его шаги, как звучит его приказной тон:
– Ведьму в темницу! Глаза не развязывать! Дать воды и накормить! И чтоб к утру!
На ногах стояла! Перед судом божьим!
К ней тут же подскочили двое монахов, взяли под руки, подняли с лавки, на которой она сидела и повели…
ГЛАВА XIV
Ей так и не сняли с глаз черной повязки, но теперь она могла пошевелить кистями и снова ощутила боль и острую ломоту в запястьях. Сжав зубы, Лана перетерпела боль и только потом сделала глубокий вздох. Пальцы ее теперь могли шевелиться.
Сейчас, когда она осталась одна, и за ней никто не наблюдал, она смогла даже связанными руками, наконец, стащить непроницаемую черную повязку со своих глаз.
Но картина не изменилась. Все та же плотная темнота. В темницу не проникал свет.
Но все равно Лана почувствовала себя хоть чуточку, но свободнее и принялась активно шевелить руками, чтоб еще более ослабить путы. Через некоторое время, превознемогая боль, ей удалось вынуть из веревок одну руку и облегченно вздохнуть. К ее ногам начали подбегать какие-то животные, которые становились от минуты к минуте все смелее и смелее. Один из них укусил ее за лодыжку, и принцесса вскрикнула. Зверьки отскочили с писком, догадавшись, наконец, что человек еще жив и трапезничать рано, но далеко не уходили.
Долгое время Лана сидела, замерев, на холодном полу темницы, время от времени погружаясь в болезненную дрему, из которой ее вырывали маленькие цепкие лапки, начинавшие царапать ноги. Они не давали ей забыться настоящим, спокойным сном, приходилось быть постоянно настороже. Принцесса опасалась быть съеденной, если позволит себе просто лечь на земляной пол и уснуть. Наконец, проведя таким образом несколько мучительных часов, она поднялась на ноги. Ей пришло в голову хотя бы на ощупь обследовать свою тюрьму.
Лана прислонилась к очень холодной и влажной каменной стене и стала медленно передвигаться вдоль нее, чтоб понять, в каком помещении она находится. Стена была гладкой, пол - земляной. Под ноги ей то и дело попадались зверьки, которые тут же отскакивали, недовольно попискивая. Она не знала, что барышням высших сословий, к коим она совсем недавно еще принадлежала, положено бояться этих хитрых животных.
Темница была маленькой, в ней не было ни окон, ни углов, только дверь, которая больше походила на нору, низкую и округлую. Но дверь эта была массивной и окованной железом, и не было ни малейшего шанса ее открыть.
Обойдя свою тюрьму по окружности, Лана решила пройти через центр, чтоб проверить, не стоит ли там, к примеру, лавки или чего-то, на что можно было сесть.
Осторожно, выставив вперед обе руки и пробуя ногой пол, она стала продвигаться к центру темницы. Вскоре, наткнувшись на что-то, принцесса нагнулась и попыталась нащупать то, что возникло перед ней. Это было похоже на панцирь морского животного, округлый и с гладкой поверхностью предмет. Ей показалось, что он был сделан из металла, и она постучала по поверхности, чтоб убедиться в этом и проверить, полый ли он или нет. Но едва она сделала это, как из-под панциря раздался какой-то глухой стон или вой.