— Но ведь не существует прямых приказов, предписывающих подобные действия.

— Да, право на окончательное решение, предоставлено офицеру, находящемуся непосредственно на месте событий.

— Но я тоже офицер, — возразил Бродский.

— Да, но я занимаюсь этим делом дольше вас. Это дает мне преимущество и право решать.

Тут как раз раздался громкий стук по крышке люка. Бродский встал, чтобы открыть.

— Не понимаю, зачем мы ссоримся, — сказал он, возясь с запорами. — Наши точки зрения не так уж далеки друг от друга. Я тоже считаю, что элерои должны вступить в Альянс. Но ты выбрала неверный подход.

— А вам, конечно, известен верный. С каких это пор вы стали специалистом по элеройской психологии? Бродский, говорю вам, последний раз: не лезьте не в свое дело, я поступлю так, как считаю нужным.

— Добро пожаловать. Тони, — сказал Бродский, открывая люк.

Тони вошел, а за ним еще двое. Бродский даже без представления понял, что перед ним Лорд планеты и его первый помощник.

Никакого представления и не последовало. Лорд планеты, произнес:

— Это вы пришельцы? Насколько мне известно, у вас есть воздушный летательный аппарат. Соблаговолите поднять его, и я покажу вам, какие бедствия повлек ваш визит.

С высоты было видно, что за ночь зеленые поля Хазары приобрели коричневый оттенок. Реки, еще вчера мирно струившие свои зеленоватые воды, высохли. Дул опаляющий ветер. Повсюду, насколько хватало глаз, лежала пустыня.

— Мне очень жаль, — сказала Анна, когда они вернулись на корабль. — Я не знаю, что могло вызвать подобную катастрофу, но ясно, что нашей вины тут нет. Хотя, разумеется, мы готовы помочь вам исправить положение.

— Весьма любезно с вашей стороны, — с горечью произнес Афтенбай. — Вот так всегда: прилетят, опустошат нашу планету, а потом предлагают помощь. Нет уж, благодарим покорно. Лучше улетайте, пожалуйста, отсюда и дайте нам возможность самим навести порядок.

По-видимому, Анну одолевали сомнения. Она не знала, что ей делать. Перед ее мысленным взором замаячил призрак военного трибунала, неминуемого в случае невыполнения задания.

— Что скажете, Бродский? — спросила она.

Бродский немного удивился:

— Ты спрашиваешь моего совета?

— Да, если вы не против.

Бродский пересек каюту и остановился перед Афтенбаем, Дентоном и Тони. Они смотрели на него угрюмо и грустно. Неожиданно Бродский рассмеялся.

— Ну, ладно, — сказал он, — пошутили, и хватит.

— Вы о чем? — спросил Дентон. — Что хватит?

— Я имею в виду психобиологическую связь, объединяющую элероев со всей планетой и ее энергетической системой. Речь идет также о вашей способности управлять всеми процессами на планете.

— Значит, вы полагаете, что мы сами это сделали? — спросил Дентон.

— Разумеется. Для меня совершенно очевидно, что ваша цивилизация создала систему обороны не в общепринятом смысле этого слова. Вы включили химические процессы своего организма в единую систему растительной жизни. Когда вы плохо себя чувствуете, плохо чувствует себя вся планета. Урожаи падают. Вода загрязняется. Воздух портится. И наконец пришельцы с отвращением улетают прочь. Таков сценарий. И конечно, раньше уловка удавалась. Но на сей раз номер не пройдет.

— Откуда вы все это узнали? — глухо спросил Афтенбай.

— Я смог прийти к этому выводу лишь потому, что ничем не отличаюсь от вас. Умен настолько, что мне это вредит, а делать в общем-то ничего не умею.

— Да, нечто в этом роде, — согласился Дентон. — Полагаю, вам известно, что вся жизнь основана на противоречиях и каждый устраивается как умеет. Против природы не попрешь, и свои недостатки искоренить очень трудно. Но при разумном подходе можно создать условия, при которых разрушительные процессы, проявлением которых являются эти недостатки, будут сведены к минимуму. Я не слишком вас запутал?

— Вовсе нет, — ответил Бродский. — Все сводится к тому, что, как бы вы ни были умны, без некоторой толики удачи вам не обойтись. И до сих пор удача сопутствовала элероям. Но ваше будущее зависит от выбора, который придется сделать прямо сейчас.

— Все пытаетесь заставить нас вступить в ваш варварский Альянс? — проворчал Афтенбай.

— Нет, не пытаюсь, — ответил Бродский. — Выбирать вам. Только как поступят с вами хорьки со своими друзьями, если нагрянут сюда? Не знаю. Что касается нас с моей напарницей, то в случае отказа мы просто улетим. Это я вам обещаю. Правда, Анна?

Анна была озадачена. Она никак не предполагала, что Бродский способен так уверенно взять дело в свои руки. По-видимому, командир Бродского, отправляя его на задание, руководствовался не только стремлением избавиться от нерадивого подчиненного.

— Хорошо, я смирюсь с их решением.

— Очень мило с вашей стороны, — сказал Афтенбай. — И по-честному. Мы изучим ваше предложение как можно внимательнее, а пока почему бы вам не полететь спокойно домой, а мы, как только изобретем межзвездные средства передвижения, сразу и вступим в ваш союз.