На вечерние тусовки девушка не ходила вообще, предпочитая проводить время в компании Александра, а если выдавалась свободная минутка в светлое время суток, Маяла неизменно говорила одно:

– Есть желание прокатиться на флаере?

И Сашка, измученный большими физическими и нервными нагрузками, постоянным всеобщим вниманием, неизменно отвечал:

– Есть! И с большим удовольствием!

Сашка и Маяла забирались в черный флаер принцессы, девушка поднимала машинку в воздух; следом от плато неизменно отрывался «акулий» профиль флаера секьюрити. Принцесса Великой Империи и Заречнев летали всегда в разные места. Наверное, причина была все же не только в безопасности.

Горы и прилегающее к нему Плато Марога содержали в себе массу укромных и просто уютных и очень красивых мест и местечек.

Маяла приземляла свой флаер в каком-нибудь из таких «уголков», где-нибудь недалеко совершал посадку флаер спецназа.

В личную жизнь принцессы секьюрити, разумеется, не вмешивались, но когда на тебя непрерывно смотрят шесть пар глаз, у Маялы даже мыслей возникнуть не могло, чтобы предаться каким-либо утехам, например – любовным.

Не эту ли цель преследовал Великий Император, давая согласие на круглосуточную охрану своей единственной дщери?

В таком «твердогорошечном» режиме незаметно пролетело примерно два месяца. Примерно – потому что продолжительность суток в Магаолле отличалась от привычной земной, и тридцать земных дней здесь, на Макросе, вполне могли уложиться в двадцать семь или двадцать восемь восходов и заходов Тороса.

Маяла за время своего «рекрутства» заметно похудела, окрепла физически. Она достаточно неплохо освоила большинство приемов рукопашной, отлично стреляла, не отставала от общей группы в даже в самом тяжелом кроссе.

Боевыми же самолетами – «стрижами» – она управляла лучше всех не только в отделении Рипли, но и, пожалуй, во всей Звездной Академии.

Звездные рекруты с плохо скрываемой завистью и восхищением следили за фигурами высшего пилотажа, выполняемыми принцессой Великой Империи, однако после завершения ею упражнений подойти к ней, о чем-нибудь спросить – не осмеливался никто.

Заречнев за истекшие шестьдесят суток восстановил свою физическую и интеллектуальную форму в полном объеме.

Его больше не страшил двадцатикилометровый или более продолжительный кросс. Он легко бегал по окружающим горам полтора-два часа три-четыре раза в неделю, много и с удовольствие плавал, охотно стрелял. И только «рукопашке» предпочитал «работу» с холодным оружием – мечом, либо длинным боевым ножом; но больше всего Сашка любил летать на боевых машинах. И делал это при любой возможности.

Маяла, разумеется, сразу распознала его жгучий интерес к авиационной технике и однажды, незаметно оглянувшись на секьюрити, спросила:

– Хочешь, я научу тебя управлять нашим флаером?

Александр вздрогнул от слова «нашим» – он ни на мгновение не забывал «картинку» с красивенькой девчушкой – его будущей дочкой; посмотрел в глаза Маялы, наполненные любовью, обреченно кивнул и склонил голову. Однако первого занятия пришлось ждать еще пару дней.

– Перелазь на моё место! – шепотом приказала ему принцесса, когда они, как обычно, вечером, забрались в её легкую машинку. Сашка удивленно поднял брови, но девушка дополнила свои слова требовательными жестами, и землянин подчинился. Он быстро поменялся с ней местами, осмотрелся.

Организация пространства вокруг пилота флаера сильно отличалась от привычной ему «истребительной».

Приборов контроля было в полтора раза больше, и они размещались в других, непривычных его глазу местах. Органов управления также было больше, в частности вместо привычной центральной рукояти управления здесь, как в каком-нибудь заграничном тракторе, по бокам от кресла пилота торчали два джойстика – для левой и для правой руки, соответственно.

– Итак! Начнем знакомство с «внутренним миром» моей маленькой машинки! – произнесла принцесса. Она наклонилась к Сашке, коснулась его плеча твердыми сосками своей груди (у Александра по коже пробежали «мурашки» – настолько ему было приятно прикосновение девушки) щелкнула несколькими тумблерами над его головой.

– Я включила электропитание! – пояснила она. – Этот тумблер отвечает за питание приборного отделение, этот – искусственного разума, этот – моторного отделения! Сейчас работают все приборы флаера…..

Но чтобы запустить основной генератор, нужно ввести пароль. Шесть цифр. Вот так! – она снова наклонилась к «второгоднику», но теперь Сашка уже был начеку. Он слегка отстранился назад и в сторону, и Маяла коснулась его только своим теплым и твердым плечом.

Знакомым «голосом» тоненько засвистел скрытый в недрах машины двигатель, производящий энергию для всех движителей маленькой машинки.

– У такого флаера, как мой, – улыбнулась девушка, от которой, конечно же, не укрылись неловкие и судорожные телодвижения землянина, – имеется всего один двигатель-генератор, запасного или резервного – нет!

– А на чем он работает? – уточнил Сашка. – Я ни разу не видел, чтобы ты его чем-то заправляла!

– Мотор на флаере, как и на других воздушных машинах системы Торос, работает на воде! Там, за нами – сзади и внизу – расположены два бака с водой. От них вода поступает в крошечный ядерный реактор, где под действием технологий, вам, землянам, пока неизвестных, разлагается на составляющие – водород и кислород.