– Со мной, – равнодушно ответил Шарль, и его тон явно говорил о том, что он вовсе не в восторге от этого.

– А вы, миссис Дэниэлс, поедете со мной, – сер­дечно улыбнулся Дмитрий старушке и в наступившей ти­шине лукаво добавил: – Если, конечно, вы доверите мне свою жизнь.

Дэнни рассмеялась, и напряжение последних секунд растаяло.

– Буду счастлива вашей опеке, мистер Сергеев.

Рэйвен от удивления открыла рот, когда Дэнни пос­лушно выбралась из повозки в своих мятых юбках, но совершенно бодрая и энергичная. Какая странная переме­на ролей! Обычно Дэнни первой уставала или теряла волю, чтобы продолжать дело, но сегодня именно она лучилась задором, словно юная девушка, и даже флиртовала с Дмит­рием! А у Рэйвен почти не оставалось сил.

– Однако до чего же странная религия у этих инду­сов, – заметила Дэнни, пока возница и Дмитрий поспешно крепили чемоданы и сумки на спину лошади Рэйвен. – Им запрещено забивать на мясо коров, нельзя есть в присутствии людей из более низкой касты, а теперь вот еще и возбраняется переезжать через мост!

– Религия индусов здесь совсем ни при чем, – сообщил ей Шарль, неожиданно возникший из сгущаю­щихся сумерек с лошадью на поводу. Легкая улыбка осве­тила его лицо – Рэйвен даже заметила, как в темноте блеснули белые зубы, – и он с юмором добавил: – Все дело в его мечтах о доме и теплой постели, которая его там ожидает. Если он отправится обратно прямо сейчас, то сэкономит целых полдня пути.

– Но ведь ему заплатили, чтобы он довез нас до Касура! – вмешалась Рэйвен.

Шарль пожал могучими плечами:

– Да, все верно, но ведь мы для него «ферингис» – иностранцы, а потому нас можно обмануть. По крайней мере он считает именно так.

– Но ведь он не раз слышал, как вы говорите на урду так же бегло, как и он. Так почему же вы не объяс­нили ему, что видите его насквозь?

– Это Индия, Рэйвен, – спокойно пояснил ей Шарль, подходя ближе и неосознанно назвав её по име­ни, которое слетело с его губ намного легче, чем офици­альное «мисс Бэрренкорт». – Наш расчетливый кучер думает и поступает совсем не так, как привыкли делать мы. И я не стану выставлять его лгуном только потому, что знаю: в его Ведах нет ни слова запрета переезжать мосты.

Рэйвен молчала, но морщинка между бровей выдава­ла ее неодобрение. Вполне вероятно, что индусы мыслят именно так, но Шарлю Сен-Жермену вовсе ни к чему перенимать этот способ мышления. И она никак не могла одобрить его нежелание ущемить честь индуса-мужчины в ущерб интересам двух женщин.

– Готово, дружище, – раздался из темноты бас Дмитрия, и Рэйвен так и не успела высказать этому надменному типу всё, что она думает по поводу его сво­еволия.

– Вы не возражаете, миссис Дэниэлс? – спросил Шарль, и Рэйвен даже вздрогнула, расслышав легкое за­игрывание в его обращении к Дэнни. Стало уже совсем темно, но, хотя Рэйвен и не видела лица Шарля, она на вес сто процентов была уверена, что оно полностью пре­образилось от его обаятельной улыбки. На мгновение ее пронзила острая боль из-за того, что ее Шарль никогда не поддразнит в этой милой дружеской манере. И это несмотря на страсть, бросившую их когда-то в объятия друг другу.

Интересно, почему Шарль так добр по отношению к Дэнни и изо всех сил старается оскорбить се, Рейвсн, если не тоном, то язвительными словами? Это приводило ее в полное отчаяние. Неужели он уже забыл восхити­тельную радость, которую подарил ей во время их страс­тных уроков любви? Наверное, да. И ей стало до боли ясно, что он всего лишь развлекся с ней и походя лишил её невинности, не особенно переживая по этому поводу, не задумываясь о её чувствах. Господи, яви свою милость, сделай так, чтобы он больше не попадался ей на глаза в Лахоре!

– Мисс Бэрренкорт!

Низкий бас прозвучал грубо, и Рэйвен обрадовалась, что в полной тьме уже не видно, как исказилось от боли ее лицо.

– Да, капитан? – еле вымолвила она.

– Вы готовы?

Она кивнула, и Шарль обхватил ее узкую талию сильными ладонями. Не успела она расправить задрав­шиеся юбки, как он вставил ногу в стремя и мгновенно вскочил на коня – позади нее. Его руки как бы обня­ли ее, подхватив поводья. Рэйвен осознала его непро­шеную близость и невольно отпрянула, едва не соскользнув с лошади, и села так, чтобы не касаться его мощного тела. Дернувшаяся лошадь чуть не сбро­сила ее с себя, двинувшись резвым галопом в сторону освещенного моста.

– Сидите спокойно, – пробурчал Шарль, – иначе вы упадете.

Рэйвен не обратила на его слова внимания, сидя с прямой спиной, изо всех сил пытаясь не касаться его. Грудь Шарля сотряслась от смеха. Она почувствовала, как задрожало все его тело, но лишь упрямо стиснула зубы, проклиная про себя на все лады индуса-возницу.

Копыта лошади громко простучали по деревянному настилу моста, и Рэйвен оглянулась, чтобы убедиться, что у Дэнни с Дмитрием все в порядке. И тут же пожалела об этом, потому что глаза ее сразу уперлись в чувствен­ные губы Шарля, хорошо различимые в свете факелов, освещавших мост. Она слегка подняла глаза. Шарль вни­мательно смотрел на нее, решив, что она повернулась, желая что-то спросить.

В мерцающем свете факелов прекрасные черты Рэйвен смягчились, полутени придали твердой линии подбородка чув­ственность и трогательность, шейная впадинка соблазнитель­но манила поцеловать ее, лишь скулы казались чуть острее, чем на самом деле. Мягкое бедро девушки от скачки понево­ле прижалось к его мускулистому телу. Аромат ее волос кружил голову, и Шарль почувствовал, как его мужское естество внезапно ожило и наполнило его тело сладкой болью. Ее близость, ее тепло вдруг так возбудили его, что не было сил сдерживать себя.